Для обслуживания абонентов нужны рослые и незамужние: какие возможности телефонной сети оказались утеряны
Полтора столетия назад у человечества появилось то, без чего мы сейчас уже не можем представить себе наше существование. 7 марта 1876 года американец Александр Белл официально зарегистрировал сделанное им изобретение – аппарат для передачи звуков на расстоянии. Термин, который прочно закрепился потом за этим чудом техники, знают в самых отдаленных уголках планеты: телефон. В связи со столь значимым юбилеем интересно взглянуть на некоторые бытовые особенности «телефонизации» Москвы прежних лет.
Хотя устройство, разработанное Беллом, в оформленных тогда документах называлось весьма громоздко – «телеграф, при помощи которого можно передавать человеческую речь», но факт остается фактом: это была воистину эпохальная техническая новация. «Эпистолярные» 19-й век и его предшественники передавали эстафету веку 20-му, ставшему уже воистину «телефонным».
Интересно, что столь «волшебная» по тем временам техника вызвала не только интерес, но и немало опасений: а не погубит ли она человечество? Несколько лет спустя, когда «телеграф Белла» уже начал активно внедряться в практику, группа авторитетных врачей опубликовала предостережения «любителям опасных телефонных разговоров». Ими утверждалось, что смертность среди телефонных абонентов втрое выше среднестатистических показателей, ибо «телефон вызывает заболевания мозга, легких и нервов». Впрочем такая «страшилка» не возымела действия. Удобства от «белловских» аппаратов оказались уж больно велики, а доводы светил медицины выглядели не слишком убедительно.
Помимо всего прочего «говорящий телеграф» стал довольно частым действующим лицом в различных литературных произведениях. Антон Павлович Чехов сочинил, например, юмористический рассказ «У телефона»: «…Постой, как нужно? Сначала эту штучку покрутить, потом эту штуку снять и приложить к уху… Ну-с, потом? Потом эту штуку повесить на эти штучки и повернуть три раза эту штучку… Кажется, так!..»
х х х
Среди «пионеров» внедрения телефонов в России оказалась Москва. Первые линии нового вида электрической связи в городе протянули уже через 6 лет после изобретения Беллом такой техники.
На пятом этаже частного дома Попова на Кузнецком мосту в 1882 году была оборудована телефонная станция, обслуживавшая 800 номеров. От мачты на крыше многоэтажки расходились по восьми направлениям-«лучам» 1600 проводов. Одна из «воздушно-столбовых линий» (так их называли) шла, например, через Театральную и Красную площади в купеческое Замоскворечье, другая — вдоль Тверской… Владело всем этим хозяйством «Международное общество телефонов Белла». Этот оператор, как мы сейчас сказали бы, брал с каждого абонента по 250 рублей в год. Для сравнения: заводской рабочий получал за тот же период лишь немногим больше. Так что наличие собственного телефона считалось признаком роскоши и высокого положения в обществе.
Если за первые два десятилетия телефонизации Москвы, в городе было подключено всего лишь около 3000 номеров, то в начале ХХ века Первопрестольная утерла-таки нос европейским столицам. В 1914-м известная шведская фирма построила в Милютинском переулке Центральную московскую телефонную станцию аж на 60 тысяч номеров — крупнейшую в Европе! На фасаде специально построенного тогда здания, которое сохранилось до нашего времени, высечены барельефы: улыбающаяся телефонистка и рассерженный абонент. Что ж, скандинавам не откажешь в чувстве юмора.
Кстати, о телефонистках, — о легендарных «телефонных барышнях». На Центральной станции их работало около тысячи. Набором женского персонала ведала лично супруга президента шведской фирмы. Требования к кандидаткам предъявлялись весьма строгие: рост не ниже 155 см, размах рук — не менее 154 см. Как считали «фирмачи», лишь такие антропометрические данные позволят барышням быстро обслуживать коммутаторы «Мюльтипль», дотягиваясь штепселем до любой из ячеек на огромных панелях.
Существовало и еще одно жесткое условие. Телефонистка обязана быть незамужней. Администрация официально предупреждала каждую девушку при приеме на работу, что как только она обзаведется супругом, тотчас же получит расчет! Столь жесткое правил имело свои обоснования. Специалисты полагали, что у замужней женщины, погрязшей в семейных делах и проблемах, неминуемо портится характер, она становится не столь выдержанной, более вспыльчивой, да и в голосе появляются резкие неприятные нотки. Все это может нежелательно сказываться на качестве обслуживания абонентов.
х х х
Долгие годы основа внешнего вида телефонных аппаратов оставалась низменной: небольшой ящичек с рычагом, на который вешается или кладется трубка. Поднял — «алле, барышня!» — назвал номер, с которым хочешь поговорить — услышал «соединяю!» — готово, дозвонился. Однако в 1930-е появилась принципиально новая телефонная техника. Корпуса «аппаратов Белла» украсили столь знакомые нашим папам-мамам, дедушкам-бабушкам диски номеронабирателей. Поначалу в дырочках дисков проглядывали цифры, а на центральном кружке написаны буквы от А до К. То есть были в ту пору номера телефонные смешанными — буквенно-цифровыми, например К7-26-19. Но в 1968 году МГТС перевели на исключительно цифровую нумерацию абонентов, да еще и семизначную. После такой революции буквы с дисков номеронабирателей исчезли. А начиная с 1980-х превратились в архаизм и сами эти телефонные диски, их место в новых моделях заняли кнопочные системы.
За время своего существования проводной московский телефон освоил несколько смежных профессий. В 1920-е гг., например, появилась завоевавшая большую популярность среди жителей и гостей столицы справочная служба «09». А к празднику 20-летия Октябрьской революции в 1937-м москвичей порадовали появлением телефонной службы точного времени: набираешь «100», и слышишь размеренный голос: «…четырнадцать часов двадцать две минуты…»
Подобный сервис еще помнят люди старшего возраста. А вот чтобы по телефону радиопередачи слушать, — о такой услуге, даже нынешним старожилам столичным неведомо! Но — было, было… Называлось данное устройство «телефонная радиоточка». Почти век назад, начиная с 1927 года, по системе телефонных коммуникаций в Москве транслировали радиопередачи. Поднял трубку и — хочешь — вызывай абонента, а хочешь — нажми специальный рычажок и слушай последние известия или концерт симфонической музыки. При том, что радиоприемников и тарелок проводной радиотрансляции в ту пору было еще весьма мало, очень удобное новшество для советских граждан.
х х х
Отдельно упомянем здесь специфическую разновидность телефонных аппаратов общего пользования – таксофоны.
Самые первые из них появились для обеспечения нужд москвичей в далеком дореволюционном 1912-м. Однако это благое начинание аукнулось тогда изрядными проблемами. Вот что писала некоторое время спустя газета «Раннее Утро»: «В городскую управу явились некие предприниматели, предложившие поставить на бульварах киоски с телефонами-автоматами. <…> Хотя аппараты и автоматические, но к ним, как оказывается, необходимо приставлять сторожей. Иначе ежедневно аппараты будут исчезать. В этом уже убедилось Телефонное общество при установке своих аппаратов на вокзалах. Теперь аппараты приковываются цепью, и Общество вошло в соглашение со сторожами о наблюдении за телефонными будками…»
До революции успели установить в Белокаменной 53 таксофона. Дальше был провал, поворот вспять — так что в послереволюционном 1918-м город имел только 8 автоматов — на вокзалах и в общественных зданиях. Зато уже начиная с середины 1920-х «поголовье» таксофонов стало быстро расти.
Появлялись все новые разновидности телефонов-автоматов, — серия «А», серия «Б», «ВУ» (таксофон уличный), «ВК» (таксофон квартирный, — были, оказывается, и такие!)…
А в 1960 году попробовали эксплуатировать в столице так называемый громкоговорящий телефон-автомат. Его разработали, чтобы бороться с хулиганами, обрывающими у таксофонов трубки. Данная модель этого уязвимого элемента вообще не имела. Вместо трубки в серый массивный ящик аппарата были встроены микрофон и динамик. Опустил монету, набрал номер, ртом поближе к сетке микрофона пристроился, — и говори. А ответы абонента из динамика, словно из комнатного репродуктора, гремят. И все бы хорошо, вот только, если речь заходит о каких-то делах интимного свойства… Кое-кто в столице через это изобретение даже пострадал. Рассказывают, был пикантный случай: какой-то гражданин по громкоговорящему таксофону позвонил своему начальнику, чтобы срочно уведомить его о неудачном визите в главк, где не хотят подписывать нужные бумаги. А начальник-то, разгорячившись от подобного «облома», и ляпнул в сердцах: «Да пошли они все…! Там у них в министерстве одни (дураки) сидят!» Эта эпическая тирада звонко разнеслась по окрестностям, и нашлись-таки возле телефонной будки бдительные товарищи, которые не преминули сообщить, куда следует, об услышанном и о явном подрыве авторитета руководящих советских инстанций…
В общем, не прижился таксофон без трубки в московских краях.
Впрочем, и классические «трубчатые» телефоны-автоматы, висящие на стенках специальных кабинок и уличных будок, тоже к сегодняшнему дню уже фактически исчезли с наших улиц.