Российские туристы жалуются на разруху, изношенную инфраструктуру, грязные пляжи
Наступил курортный сезон. Выбор у россиян невелик. Все чаще отпускники рассматривают Абхазию. Но негативные отзывы многих отпугивают. Туристы жалуются на разруху, изношенную инфраструктуру, грязные пляжи, посредственный сервис, отсутствие культуры приема гостей. Но, как выяснилось, и хозяева гостевых домов бывают недовольны отдыхающими. Спецкор «МК» выслушала обе стороны.
Масла в огонь подлила начальница отдела приема и выдачи разрешительных документов минтуризма Абхазии Кристина Лакербая, которая в ходе «круглого стола» заявила, что туристы, приезжающие «за 300 рублей», которые не покупают сувениры и питаются «Дошираком», республике не нужны. Разразился скандал. Чиновница была отстранена от должности, но осадок остался.
Как говорит путешественник Алексей Жирухин, он приезжает в Абхазию не за пятизвездочными отелями и мишленовскими ресторанами, а за ощущением свободы, за возможностью забраться на машине туда, куда не ступала нога «пакетного» туриста. За невероятными горами, пустынными пляжами, за тишиной.
— И мне по большому счету все равно, что будет у меня на ужин, — делится Алексей. — Главное — вот эти виды, этот воздух, это чувство свободы. И упреки в том, что я не купил какой-то сувенир, очередной магнитик, звучат, на мой взгляд, нелепо.
Как говорит Алексей, если раньше отдых в Абхазии считался достаточно бюджетным, то сейчас об этом говорить уже не приходится.
— В 2009 году, когда я первый раз приехал в «страну души» — Апсны, цены по сравнению с Краснодарским краем были ниже в два, а то и в три раза. В Абхазии можно было недорого отдохнуть. В этом и была главная фишка Абхазии. Сейчас я проехал на своей машине по Крыму, был в Сочи, Абхазии и хочу сказать, что цены везде примерно одинаковые. Сутки проживания в гостевом доме стоят в районе трех тысяч. Никаких вариантов «за 300 рублей» уже нет.
То же самое, говорит наш собеседник, касается и цен в кафе. Если раньше в Абхазии можно было очень дешево поесть, то сейчас об этом нужно забыть.
— Мы заезжали в известный ресторан с часами, который считается одним из символов города Гагры. Хозяева там установили минимальную сумму заказа — 1500 рублей. Зайти туда и просто выпить чашку кофе не получится. Причем, когда мы там были, многочисленных посетителей не наблюдали. Туристы приезжали к ресторану полюбоваться видом, поднимались на ступени, чтобы сделать снимки. Теперь и это запрещено.
Как рассказывает Алексей, бывая в Абхазии, он часто ездил в полузаброшенный город Ткуарчал и поселок Акармара, где после абхазо-грузинской войны осталось много пустующих зданий, поросших травой. В некоторых многоэтажках лишь одна-две квартиры были жилые.
— Раньше туда мало кто ездил своим ходом. Дорога до Ткуарчала была плохая, убитая. Сейчас там положили асфальт. К полузаброшенным городам проложили дорогу, чтобы возить туристов. Сделали смотровые площадки. Приехав в Акармару, я увидел, что там полно экскурсантов. Чтобы сфотографироваться на балконе заброшенного здания, надо заплатить 50 рублей. Чуть дальше там есть два водопада, к ним доступ перекрыли, поставили шлагбаум и теперь пускают туристов только за деньги. Без всякого чека собирают с людей по 30 рублей.
Как говорит наш собеседник, везде пытаются с туристов получить какую-то мзду.
— Многие отдыхающие приезжали посмотреть на красивую железнодорожную станцию около Нового Афона. Местные это поняли, и сейчас там поставили будку, взимают деньги за парковку. Смотрят на тебя как на ходячий кошелек.
То же самое, как говорит наш собеседник, и на рынке: улыбаются, если что-то у них купишь, и смотрят как на вражину, если откажешься. В то же время на придорожных развалах можно запросто приобрести, например, чурчхелу без орехов, которая сделана из желатина и красителей. А потом она просто начинает таять на тумбочке.
— Я давно не покупаю на местных рынках «домашнее» вино и «горный» мед, знаю, что это может оказаться разведенный спирт и сахарный сироп с колером. Одна моя знакомая во время экскурсии, где их попутно, как водится, завезли на пасеку, купила в банке мед с миндалем. Села вечером пить чай, а вместо миндаля в банке оказались очищенные абрикосовые косточки.
По словам Алексея, он как раз из тех, у кого в багажнике машины всегда лежит пара пачек лапши. На всякий случай.
— Наш человек часто заваривает себе лапшу отнюдь не от бедности. «Доширак» в чемодане туриста — это не про экономию, это про безопасность, инстинкт самосохранения. Когда ты знаешь, что канализация во многих местах до сих пор сливается прямиком в море. Когда читаешь, что «весь корпус, все 18 человек по очереди переболели ротавирусом».
По словам Алексея, он уже второй раз, приезжая в Абхазию, останавливается у своего знакомого, нашего соотечественника, который построил гостевой дом в Гудауте.
— Моим друзьям, которые несколько лет назад попали в пансионат в селе с говорящим названием Кындыг, не повезло. Кругом разруха, территория запущена, захламлена. Фонтаны использовались как сушилки для белья. Выход к морю был больше похож на сточную канаву. На пляже куча мусора, бревен. На одну из дорожек в пансионате, по рассказам друзей, упала с дерева ветка, которая пролежала на месте целую неделю. И так везде…
Как говорит Алексей, хочется напомнить местным жителям, что гостеприимство — это не только красивые тосты, но и чистые туалеты, честные цены, искренние улыбки.
«Цены на всё подняли,
а сервис не улучшился»
Для Анны из Подмосковья отдых в Абхазии обернулся сплошным разочарованием.
— Данные в объявлениях часто не соответствуют действительности, — рассказывает Анна. — Забронировали комнату в Гаграх. Хозяева указали, что до моря 700 метров. Реально оказалось — больше километра, и подниматься надо было все время в гору. Но вскоре началось самое страшное — сначала у меня, а потом и у мужа, поднялась температура, начались рвота, диарея, дикая слабость. Оба с ротавирусом попали в больницу, где за каждую капельницу отдали по 1,5 тысячи рублей. Из девяти дней отдыха три были вычеркнуты. Уезжая домой, решили купить сувениры. Но выяснилось, что многие из них сделаны в Китае. Только надпись «Абхазия» была делом рук местных умельцев.
Поделилась впечатлениями о своем отдыхе в Абхазии и Наталья из Пермского края.
— Цены на всё подняли, а сервис не улучшился, — говорит Наталья. — Местные жители показались нам несколько высокомерными и недоброжелательными, хотя и говорили о своем «вековом гостеприимстве». Хозяева обещали Wi-Fi на всей территории гостевого дома. Но его и в помине было. Хозяйка объяснила: «Разрыв линии». Мастер появился только после наших настойчивых просьб. Но и потом Интернет работал с перебоями.
Как говорит Наталья, их напрягали собаки на свободном выгуле, которые постоянно устраивали драки между собой.
— Продукты в магазинах дорогие, на рынках все время пытались обмануть. Однажды купили абрикосы. Хозяйка при нас выбирала фрукты с прилавка. Пришли домой — на дне пакета оказались мятые, с темными пятнами. Оказывается, есть недобросовестные продавцы, которые изначально берут пакеты черного цвета, которые не просвечивают. И в них уже лежит несвежий товар. И сверху в этот пакет при вас накладывают отборные фрукты с прилавка. А чуть ранее нас обманули с сыром. Дали попробовать один сыр, а продали другой, несвежий и не такой вкусный.
Подводя итог, Наталья говорит: «Природа, море, горы, растительность, воздух в Абхазии — супер. И на этом все! Республике, как сказала абхазская чиновница, не нужны туристы «с 300 рублями», а состоятельным туристам с таким сервисом не нужна Абхазия».
Ольга, которая в мае этого года побывала с экскурсией в Гаграх, Пицунде, на озеро Рица, говорит, что ей хватило одного дня, чтобы понять, что в Абхазию она больше ни ногой.
«На пляже в Гаграх горы мусора: ветки, железо, фантики, ботинок какой-то валялся, — делится Ольга. — Туалеты — тихий ужас, и за это еще надо было заплатить. В Пицунде над умывальником висела табличка: «Ноги в раковине не мыть». У железнодорожной станции Абаата на лестнице какого только мусора не было: битое стекло, шприцы. Рядом — заброшка вся разрисованная. Ответ у местных один: «У нас была война». С тех пор прошло 30 лет, а они все на войну кивают. Один из гидов так прямо и сказал: «Ну да, разруха, ну и что? Зато у нас природа красивая». Хочется сказать: деньги надо вкладывать в инфраструктуру, чтобы люди с деньгами к вам поехали».
Еще одна наша собеседница, Елена из Армавира, поделилась в свою очередь, что они ездят на машине в Абхазию уже девятый год.
— Нам с мужем уже немало лет, — говорит Елена. — Хочется тишины, пустынных пляжей, чтобы по голове никто не топтался, дети рядом не шумели, музыка не гремела по ночам. Снимаем часть дома в Очамчире у одних и тех же хозяев. Подружились и с хозяевами, и с соседями. Они привозят нам из горных сел от родственников недорогой сыр. Показали, где по сходной цене можно купить хорошее мясо. Где в заброшенных садах можно собрать фрукты. Муж ходит с местными рыбаками на рыбалку. Потом вместе готовим улов на гриле во дворе. И никаких конфликтов никогда не было. Если вы к людям с открытой душой, то и они вам ответят тем же.
«А вы куда ехали?..»
Принимающей стороне тоже есть что рассказать об отдыхающих.
Марина — хозяйка гостевого дома в Новом Афоне.
— У меня свекровь принимала отдыхающих с 1965 года, — рассказывает Марина. — Раньше приезжали воспитанные люди, с одним критерием поведения в обществе, в быту. Отношение было уважительным. Сейчас туристы считают, что им можно все. В купальниках и плавках идут по улицам, заходят в магазин. Я не ханжа, но надо проявлять уважение к местным жителям. Это оскорбляет национальные и религиозные традиции абхазов.
Как говорит Марина, уже несколько лет действует положение о штрафах. За появление в общественных местах в купальниках или с голым торсом можно попрощаться с 6 тысячами рублей.
— А вообще народ в Абхазии очень гостеприимный, отношение к гостям всегда хорошее. Сейчас в Сухуме, Гаграх, Новом Афоне появилось много современных отелей. Но и в пригороде, небольших поселках хозяева стараются предложить гостям хорошие условия. Но ожидать каких-то цивильных условий, таких как в Турции, Египте, Эмиратах, не стоит. Многие отдыхающие побывали за границей и сравнивают. Я иногда говорю: «А вы куда ехали?..» Абхазия долгие годы была в блокаде, все очень медленно развивалось, но в последние годы все меняется, города преображаются.
— Мы начали строить свой гостевой дом в пригороде Сухума недавно, лет пять назад, — рассказывает в свою очередь Зимана (после скандала с чиновницей минтуризма Абхазии хозяйка попросила изменить ее имя). — Пока сдаем комнаты на двух этажах, на третьем идет ремонт. Сразу поставили ценник выше рынка, чтобы отсечь клиентов с клетчатыми баулами и в трико с вытянутыми коленками. У соседки жил такой, яйца в электрическом чайнике варил, рыбу на балконе пытался вялить. Соседка после него комнату неделю отмывала. А у нас все новое — и мебель, и постельные принадлежности, и сантехника.
Как говорит наша собеседница, они на сайте точно указывают локацию. Пишут, что гостевой дом находится в пригороде, в сельской местности.
— В прошлом году заселилась семья с ребенком. День прожили, дама крик подняла: «Петухи кричат, на улице — выводок поросят, собаки бродят, на пляже — коровья лепешка». Съехали спустя три дня. Нашли жилье в самом Сухуме. Вернула им задаток. Нам скандалы не нужны. Тут надо выбирать: или развлечения с инфраструктурой, или тихие, для кого-то скучные, вечера и чистое море.
Зимана рассказывает о еще одном случае.
— Одна пара была недовольна, что на сайте на фото люстра была одна, а приехали — тут другая. Спросила их: «Вы ехали к морю, бризу, пальмам, платанам? Или на люстру смотреть?» Вроде согласились со мной. А примирила их бутылочка чачи. Как говорит мой муж, 60-градусная виноградная водка — это «маленькая жизнь»…
Зимана просит предупредить туристов, чтобы покупали чачу у проверенных людей, кто делает ее для себя. Настоящий домашний продукт. Или в магазине. На рынке и в придорожных ларьках иной раз спирт с виноградной эссенцией смешивают и продают.
— Еще напиши: стопка чачи — это профилактика от ротавирусной инфекции. Такая вот дезинфекция.
«Как персики за 250?»
Ротавирусная инфекция — бич курортных мест. И Абхазия не исключение.
— Пусть едут к нам на Маяк (район Сухума в четырех километрах от центра), — говорит хозяин гостевого дома Георгий. — У нас самое чистое море, дельфины. А в Сухумской бухте течение идет по кругу.
Когда спрашиваю про очистные сооружения, Георгий неохотно объясняет, что такой комплекс всего один. Обслуживает весь Сухум и расположен в Нижней Эшере.
Как говорит наш собеседник, многие отдыхающие уверены, что в Абхазии все стоит копейки.
— Это давно уже не так. Бывает, приходят постояльцы с рынка, возмущаются: «Как персики стоят 250? Почему картошка по 80? Как за малину просят 500 рублей?» Вся злость, негатив на нас идет.
Как говорит Георгий, в Абхазии есть свои фрукты. Но часто, например, персики и нектарины привозят из Дагестана, дыни и арбузы — из Узбекистана и Астрахани, виноград — из Краснодарского края, гранаты — из Азербайджана и Турции.
— Вот вам и накрутка. Идешь на рынок — нос готовь. Все наше, свое — ярко пахнет. Мимо не пройдешь. Инжир — всегда местный. Он дорогу не любит. Утром собрал спелый — в тот же день надо кушать. Фейхоа можно купить в октябре-ноябре. Его сменяет хурма. В Абхазии круглый год что-то спеет: айва, мандарины, апельсины, а потом весной идут ранняя черешня, клубника… Такой круговорот.
Как говорит Георгий, все дорожает, в том числе и жилье.
— Мы ценник держим, потому что много денег вкладываем в благоустройство. Генератор купили, стиральную машину поставили в гостевой дом, сейчас сауну оборудуем, расширили парковку, — перечисляет покупки и фронт работ Георгий. — У нас место хорошее. А за дешевым жильем пусть в Кындыг или Очамчиру едут.
«Никто не хочет
«кота в мешке»
Самира, которая сдает две квартиры в Пицунде, признается, что все стараются наработать свою клиентуру.
— Никто не хочет «кота в мешке», — говорит Самира. — Соседка сдала в прошлом году на две недели мужской компании из северного региона «трешку». Потом еще месяц ремонт делала. Они стол прожгли, в шкафу дверь с петель сорвали, потолок кетчупом залили, унитаз после них стал шататься, о стены сигареты тушили… Соседка «бычки» потом даже в цветочных горшках находила.
Как говорит Самира, все прикладывают усилия, чтобы приезжали проверенные люди. Лучше семейные, интеллигентные.
— Встречаем их уже как родных. Стараемся к их приезду в холодильник кувшин холодного компота поставить, в морозилку пачку пельменей кинуть, на стол вазу с фруктами поставить. Когда уезжают, подарочки делаем. Специи свои даем, веники эвкалиптовые, варенье из инжира, вязанку сушеной хурмы. Приедут — нас вспомнят и потом, может быть, еще вернутся.
В Абхазии много сдается квартир и комнат с еще советской обстановкой.
— Да, обстановка скромная, но и цена — тысяча рублей с человека в день, — говорит Нана, которая предлагает отдыхающим комнаты в пристройке к своему дому в Гудауте. — Люди, заплатив такие деньги, хотят сервис как на Лазурном Берегу. Спрашивают: «Зачем простыни старые?», «Зачем кастрюли на кухне алюминиевые, вредные?», «А где пляжные полотенца?». Слушай, я не отель «пять звезд», я абхазская бабушка. Если джакузи поставлю, гриль-мриль, что мне останется?..
Аслан, который живет в Гагре и занимается частным извозом, говорит, что сейчас стало «много некультурных туристов».
— В прошлом июле купил новую машину. Люди с пляжа шли, просили подвезти и плюхались прямо в мокрой одежде на сиденья. Замечание делал — обижались. Однажды вообще скандал вышел. Две женщины на рынок хотели. Обе в сарафанах. Э-э, и… спины блестят. Так густо намазали крем от загара. Попросил их не опираться спинами на сиденья. Что тут началось! У нас сапожники так не ругаются. Вылезли из машины и так дверьми хлопнули, думал, что стекла полетят.
Курортный сезон скоро будет в самом разгаре. Но и небольшие поселки уже наполняются отдыхающими.
— Мазут пришел в Анапу, туристы пришли к нам, — говорит Амра, которая сдает комнаты в поселке Лдзаа. — Напиши: кто попал под крышу нашего дома, попал под нашу защиту. Мы рады гостям. Но надо знать, что у нас есть свой свод правил. У абхазов не принято, например, проявлять чувства на публике. Прилюдно целоваться. Не говоря уже о «делах под пальмами». Еще напиши: путь отдыхающие не кидают мусор себе под ноги. И помнят, что абхазы — люди гордые. Когда слышат: «Мы вас кормим, терпите», какое может быть уважение? Если хорошее отношение не получаем, то и не отдаем.