В Казани Киркорова слегка штормило
Строптиво релоцировавшуюся когда-то с берегов охладевшей Балтики на потное Черноморье «Новую волну» прибило в этот раз к песчаным берегам реки Казанки. Надолго ли — сказать никто не берется, но многих уже штормит. Премьеры и звездные дефиле первого дня многодневного музмарафона моментально померкли на фоне одного и не совсем музыкального происшествия – оглушительного в прямом и переносном смыслах падения Филиппа Киркорова на сцене.
Впрочем, даже этот «ужас-ужас» выглядел по-киркоровски размашисто.
А дело было так: нарядный поп-король на огромном фиолетовом диване открывал собравшийся «поп-саммит» песенкой «Фиолетовая вата», сделанной как ненавязчивый оммаж на подбродившее «Малиновое вино» от Федука и Элджея. Намекающий этим полуремейком (не зря же звался когда-то «королем ремейков») на музыкальную примодненность Филипп Бедросович слезает с большого, размером с памятную кровать Мадонны, дивана, присоединяется к балету, выдает довольно энергичные телодвижения, за которыми внимательно все наблюдают (поскольку накануне во время репетиции только ленивый не посудачил о том, что «Филипп уже не тот» — мол, еле-еле передвигает ногами), после чего пытается подняться по небольшой передвижной лестнице, но на первой же ступеньке теряет равновесие и заваливается всеми двумя метрами звездного расписного величия на пыльный пол.
Музыка продолжает играть, но публика не успевает даже охнуть. Лежа на боку, Филипп артистично отрабатывает мимикой и жестами сей конфуз (благо лицо рухнувшего тела оказалось удачно повернутым к залу и телекамерам), танцоры, возвращают патрона на лестницу, резво подхватив под ручки и бережно фиксируя ножки, шоу продолжается. Лестницу катают туда-сюда, и кажется, что «уже не тот» Филипп опять вот-вот потеряет равновесие, даже сидя. Но опытный артист героически выдерживает испытание треклятой лестницей и, отсидев на ней куплет, слезает (к счастью, уже без происшествий), продолжая воодушевлять публику примоденными музоном и луком. Салют из конфетти, зал естественно приходит в восторг и буквально хоронит Филиппа под горой букетов на поклоне…
Момент падения, зафиксированный десятками камер и смартфонов, тут же разлетается по интернетам, зал и закулисье, разумеется, взрываются разговорами и оживленным «обменом мнениями». Менее впечатлительная, чем сердобольная публика, закулисная общественность, однако, не склонна тут же принимать все за чистую монету и в попытке дать ответ на вопрос: «Что это вообще было?», — изобретает, как минимум, три версии произошедшего — немного, но все выглядят рабочими.
Версия первая: бедный Филипп…
Последствия ожога руки на концерте в Петербурге в начале мая дают о себе знать. Восстановление идет довольно медленно, ходят слухи даже о страшном некрозе тканей и разлагающихся имплантах, которыми нашпиговано теперь тело Киркорова, но пропускать важные события артист, всегда стремившийся переплюнуть Фигаро в методике «здесь и там» и урвать от жизни максимум, просто не может — не по-киркоровски это. Вот и мучается, дескать, бедняга, рискует собой – плаха искусства требует жертв. К тому же открывать мероприятие – многолетняя традиция, которую немыслимо прерывать. По крайней мере, пока. Так что, из последних сил, еле шевеля ногами, заваливаясь на бок, но «вечный бой, покой нам только снится»…
Версия вторая: за лайки – хоть в ад…
Артист, прежде известный как «поп-король», не в силах расстаться с былым амплуа, частью которого было непременное положение – быть всегда и везде в центре внимания. Но что такое по нынешним временам – просто хорошие песни? В современной-то медийной экономике лайков и репостов? Тьфу и растереть. Просто саундтреки к тому, что на самом деле может принести трафик. Вот и Филипп — в роли такого саундтрека просто выбрал «Фиолетовую вату».
Дотошные наблюдатели сразу вспомнили, что «неспроста» Киркоров накануне во время репетиции «изображал неустойчивость» на этой же самой лестнице – мол, «подготавливал» жадных до сенсаций журналюг, чтобы те легко поверили в немощь и прониклись состраданием, а падение «естественно» отрепетировано, страдальческое выражение лица безупречно сыграно на камеру (актерских навыков не занимать – в кино роль за ролью), и все это ради заголовков в новостях с пометкой «молния».
Версию поддерживала невероятная скорость, с которой некоторые блогеры, приближенные, что называется, «к телу», оказались в нужное время на нужных ракурсах и тут же выложили в сеть видео, будто знали, когда и как Филипп «неожиданно» завалится на бок. Не берясь соглашаться с этой версией или ее опровергать, нельзя не отметить, что доля правдоподобия в ней просматривается. Учитывая и многие прошлые «невинные» шалости и придумки Филиппа, который никогда не был обделен изощренной фантазией и парадоксальным полетом мысли.
Версия третья: Федот – да не тот…
Никакой это не Киркоров, а его двойник, потому-то сразу все и заметили, что он «уже не тот». А настоящий Филипп, мол, лежит, замороженный в криокамере — почти, как Майкл Джексон когда-то — на процедуре революционного оздоровления и неслыханного омоложения. Процедура, однако, затянулась, и вот подыскали какое-никакое, но подобие. Есть маленький изъян – плохо двигает ногами. Но это потом можно объяснить «выздоровлением».
При всей кажущейся болезненной комичности версии, стоит признать, что конспирология в целом, как и тема двойников в частности, стали весьма расхожими общественными нарративами последнего времени. Как есть. И чем тут Филипп хуже, так сказать?
напрашивается сам собой: в сухом остатке, чем бы это ни было, киркоровское головокружительное дефиле стало главным событием вечера и это очень в духе Филиппа.
А что, кроме Филиппа увидела и услышала публика на казанской премьере?
Были конечно и моменты более музыкальные. Полина Гагарина и Дима Билан вместе с оркестром, хором и Игорем Крутым за роялем пели на итальянском языке богато инкрустированный кроссовер Settimo Segillo и почти добрались до оперных высот; Ани Лорак премьерила новую песню «Такси» с плохо скрываемой претензией на статус хита; Пелагея голосила, как могла, «Ой, да не вечер»; Люся Чеботина и Алексей Воробьев исполнили ретро-романтический дуэт «Ты не один»; Лолита не то что игриво, а с каким-то остервенением открывала и разливала «Шампанское»; Николай Басков давал жару с молодыми танцовщицами; Артур Пирожков отплясывал в костюме цвета ядреной фуксии…
В общем, кто-то был голосистым, кто-то модным, кто-то танцевальным, кто-то нелепым, как пятиконечная звезда на одной из башен древнего Казанского кремля.
Кто-то брюзжал: «Десятилетиями одним и те же физиономии, где новые лица?» — эти неистребимые любители поворчать – всегда, везде, по любому поводу и без него — еще даже не дождались Ирины Аллегровой и Валерия Леонтьева. Поторопились. А те на подъезде.
Но упрек, скорее, не фактический, а больше экзистенциальный, поскольку, да, в последние годы массовый музпотребитель окончательно расписался в своем нежелании смотреть в будущее. Кадышева, Буланова, Апина, «Руки Вверх!», «Иванушки» и другие именитости из категории «ретро» заняли все, что можно – ниши, которые опустели, а ничем новым не заполнились. Они на концертах и частных вечеринках, в мемах и риллсах. Зачем новые песни, если есть старые хиты?
Но «Волна» на этом фоне пытается барахтаться. Здесь все-таки звучат свежие мелодии и тексты, булькают разные аранжировки, придумываются концертные номера, а на конкурсе соревнуются «молодые таланты», из которых потом вырастают даже большие звезды – как было, например, с Биланом, Лазаревым, Стоцкой, Гагариной, Бусулисом, Нюшей и даже Seville, вспыхнувшей, конечно, в статусе новой солистки группы Artik & Asti, но прошедшей когда-то школу и этой сцены, которая теперь щедро предоставила ей место аж для трех номеров, и во всех она была не просто секси-штучкой, а еще и неплохо поющей…
— Меня уже два раза комар укусил!
— Давай поцелую в эти места и все пройдет.
— После твоих поцелуев анафилактический шок случится…
Короткого диалога Леры Кудрявцевой и Сергея Лазарева (они опять в роли ведущих и опять самозабвенно подтрунивают друг над другом, но главная тема у них уже – прожитые годы: он – ей: «Стареющая женщина», она – ему: «Лысеющий ловелас») достаточно, чтобы оценить отменный тонус местного шоу-биза, если не в плане творческого креатива, то хотя бы в изощренном хабальстве. Безудержное ржание часто звучит гораздо громче музыки, хотя с последней на вечеринке «падения» Киркорова тоже было вполне хлебосольно. Большие звезды щедро выдавали премьеры потенциальных хитов и обставляли этот процесс с максимальной бутафорской и постановочной помпой. Да, иные падали на сцену. Но хорошо, что пока не проваливались под нее, куда-нибудь в бездну, в Огненную Геенну…