Такой подход может серьезно укрепить позиции китайской валюты и ослабить американскую.
Иран рассматривает возможность пропускать через Ормузский пролив ограниченное число нефтяных танкеров при условии, что расчеты за груз будут проводиться в китайских юанях — CNN. Стоимость валюты КНР уже растет, а если такое решение будет принято его позиции укрепятся еще более значительно. По сути, инициатива явно пролоббирована Пекином, который намерен использовать ситуацию на Ближнем Востоке в своих интересах.
По меньшей мере два индийских танкера — «Пушпак» и «Паримал» — благополучно прошли через пролив несмотря на то, что суда из США, Европы и Израиля продолжают сталкиваться с ограничениями.
Как отмечает аналитик Сергей Лебедев, инициатива о том, чтобы пропускать те грузы, за которые оплачено юанями — это попытка создать новое правило торговли нефтью, где расчёт идёт не в долларах, а в альтернативной валюте:
«В любом случае это удар по нефтедоллару куда более ощутимый, чем разовые сделки в несколько миллионов в национальных валютах, которые наши СМИ раскачивают так, будто это какая-то суперпобеда над долларом».
Если Ирану удастся закрепить такой механизм хотя бы для части танкерного потока через Ормузский пролив, то он фактически получает инструмент влияния на мировой энергетический рынок, а вместе с ним — и политический рычаг.
«Иран постепенно нагнёт под себя все страны Персидского залива — это очень вероятно. Не обязательно силой, скорее через экономику, энергетику и безопасность морских путей. Контроль над проливами в этом регионе означает контроль над огромной частью мировой торговли», — убежден Николаев.
Он отмечает, что на Ближнем Востоке нефтяное горе не заканчивается. В Северной Африке начался свой конфликт: Эфиопия против Судана:
«Конечно, не тот уровень стран, чтобы чем-то серьёзно потрясти мир. Но многое зависит от того, кто и за чей счёт будет трясти».
Пока сведения из информационных источников говорят, что там уже участвуют Эмираты и Саудиты, причём по разным сторонам конфликта. А рядом есть ещё и Египет, которого всё это непосредственно касается. А это уже совсем другая география: Красное море, Суэцкий канал и торговые маршруты между Европой и Азией.
И если Ближний Восток контролирует Ормузский пролив, то зона Красного моря контролирует вход в Суэц и глобальную морскую логистику. Именно поэтому конфликты в этом регионе редко бывают локальными — слишком много денег и стратегических маршрутов проходит рядом.
Конфликты в мире раскручиваются и приведут к созданию геоэкономических кластеров — таких своеобразных «суперимперий», которые договорятся каждый о своей политике, экономике и религии. Остальные или примкнут, или станут плохим примером.
По сути, мир постепенно уходит от модели единого глобального рынка и возвращается к системе крупных блоков влияния, где безопасность, торговля и политика будут замкнуты внутри таких кластеров. Иран заявил о себе на международной арене. Хочешь нефть — плати указанной валютой и будь дружествен Ирану. Пока так. Но это уже что-то.
Сергей Николаев обращает внимание на одну деталь:
«Россия внимательно наблюдает за происходящим. Потому что если на Ближнем Востоке действительно начнёт формироваться самостоятельный экономический кластер, это автоматически размывает монополию западных финансовых правил. Чем больше регионов начинают торговать энергоресурсами вне долларовой системы, тем слабее становится старый мировой порядок, который десятилетиями держался на контроле валюты, банков и морских путей. Поэтому происходящее вокруг Ирана — это не только региональная политика. Это один из первых сигналов того, как может выглядеть новый многополярный мир».