Если муж – иностранец: чем коварны межнациональные браки
Замуж за иностранца – поступок смелый. Судя по историям, которыми делятся россиянки в Интернете, принять чужой менталитет и разгадать «культурный код» любимого под силу не каждой. Однако поскольку встречаются и счастливые союзы, эта тема всегда вызывает жаркие споры. Так выходить или не выходить за «басурманина»? О подводных камнях и странностях межнациональных браков рассказали наши героини.
Оля и Мустафа: достала бывшая
Оля уже десятый год живет в Анкаре. Ее муж – из традиционной турецкой семьи, но она не ходит в платке и не готовит ему по утрам турецкие завтраки. В свои 45 она, как и в юности, носит мини-юбку и туфли на высоченных каблуках. Супруг Мустафа не против. Он на пять лет младше, и ему льстит, что у него такая «молодая» жена, ведь местные женщины стареют раньше и не привыкли так тщательно следить за собой, как славянки. У пары двое маленьких детей, и их можно назвать счастливой семьей. Если бы не одно «но».
— В сравнении с другими моими знакомыми, которые вышли замуж за местных мужчин и которых мужья традиционно заставляют целый день стоять у плиты и натирать до блеска квартиру, я живу вполне себе по-европейски, — делится Ольга. — И на работу на полставки хожу, и в паб с мужем можем зарулить в пятницу. Но все равно чисто ментальные «тараканы» у мужа проявляются. Это у тюрков в крови.
Во-первых, супруг очень ревнив и примерно раз в неделю штудирует список Олиных подписчиков в соцсетях. Если появляется новый фолловер мужского пола, за этим сразу следует допрос: кто такой, не пытался ли познакомиться в «личке», часто ли ставит лайки и требует ли подписаться в ответ. Закрыть свою страничку от мужа она не может: тот создает фейковые аккаунты и все равно приходит смотреть, с кем она общается. Периодически Мустафа как бы невзначай присылает жене юмористические видеоролики с демонстрацией турецкой ревности. На одном таком видео, например, муж палкой избивает молодого поклонника своей жены, а на другом – бегает за воздыхателем с ножом.
— Ему кажется, что это смешно, или он меня специально пугает и держит в тонусе, чтобы не засматривалась налево? До сих пор не пойму, — ухмыляется Ольга. — Но факт в том, что я живу в постоянном напряге: лишний раз не улыбнуться прохожему мужчине на улице, не лайкнуть понравившееся фото давнего друга в соцсети. Но полностью отказаться от присутствия в Интернете я не готова. Это моя отдушина.
Во-вторых, муж не признает русскую еду, и Олю это очень огорчает. В ее борще ему не хватает турецких специй и лимона, да и вообще, суп, по его мнению, должен быть протерт в блендере. Котлеты тоже «не такие». Готовить Оля должна только по его турецким рецептам, и именно к такой пище приучены их дети. Иногда она, конечно, делает свои любимые блюда, но уже заранее зная, что есть их будет сама.
Еще одно разочарование Ольги – это постоянное присутствие в их жизни детей мужа от первого брака. Как объясняет она, 23-летний сын и 17-летняя дочь Мустафы словно созданы для того, чтобы притягивать проблемы.
— Делая мне предложение, Мустафа обещал, что я никак не буду пересекаться с его прежней семьей. Мол, его жена о нем и думать забыла – только алименты на детей получает. А дети – ну просто ангелочки, которые не доставляют ни маме, ни папе никаких хлопот. В итоге же все оказалось совсем наоборот, — сетует Ольга.
Узнав, что Мустафа женился во второй раз, бывшая жена начала настойчиво предлагать ему бросить «эту русскую» и снова сойтись. Тот ответил категорическим отказом, и тогда экс-супруга пустила в ход оружие – их общих детей. Которые по удивительному совпадению вдруг начали нон-стопом болеть. Сегодня нужно отвезти дочку в поликлинику, потому что у нее колики. Завтра – сына в больницу, потому что ушиб коленку. А послезавтра бывшая жена слезно умоляет свозить детей в аквапарк, потому что она им обещала, но сама на может.
— Когда сыночек стал старше, папе пришлось оплачивать его репетиторов и обучение в вузе. Сейчас он его, наконец, закончил, но работать не хочет. Настоящий прожигатель жизни! А недавно Мустафа узнал, что его драгоценный первенец набрал долгов и кредитов. Расхлебывать все это теперь должен мой муж – он же родной отец, — кипятится Ольга. — И если в России папы нечасто заботятся о детях от первого брака, то здесь, в Турции, наоборот: стараются как можно активнее принимать участие в их воспитании и обеспечивать финансово. И это даже не родительский инстинкт, а оглядка на общество: а вдруг кто-то упрекнет, что не выполняешь отцовский долг? Мне уже кажется, что со своей прошлой семьей муж проводит больше времени, чем с нами. Это просто поразительно!
Оля поясняет, что такая проблема есть у многих русских жен в Турции: вроде и муж хороший, и достаток есть, но к благоверному бесплатно прилагается «прицеп» в виде назойливой прошлой семи.
— Мое терпение лопнуло. Если он так и будет взрослому сынку сопли вытирать, я разведусь, заберу детей и уеду в Россию, — категорично заявляет она.
Лена и Ишвар: помирил Питер
— Мы познакомились в Питере, куда Ишвар приехал работать. Он сотрудник индийской компании, а я на тот момент организовывала международную конференцию. Он очень красивый, огромные миндалевидные глаза, шоколадная кожа, широкоплечий – в общем, как герой из индийских фильмов, — описывает достоинства мужа Лена. — Ишвар немного говорил по-английски – по крайней мере, фразы «я тебя люблю», «я тебя хочу» и «выходи за меня» у него получались практически без акцента.
Через полгода после знакомства жених привез Лену на родину и представил своей большой семье. Никто не воспринял ее в штыки, все мило улыбались. Будущая невеста пришла от первой встречи в восторг и была уверена, что с ролью индийской жены в такой доброжелательной атмосфере справится на пять с плюсом.
— До этого я пару раз была в Индии и, в принципе, понимала все плюсы и минусы этой страны, в том числе грязь и антисанитарию прекрасно видела, — сразу уточняет Лена. — Но плюсов для меня было больше, потому простота местного населения в общении, атмосфера «на лайте» и, главное, сама по себе древняя и уникальная индийская культура – все это выглядело для меня очень романтично, загадочно и оттого привлекательно. В такой атмосфере можно было заглянуть внутрь себя, помедитировать, заняться йогой, соединиться с природой и Вселенной. На момент знакомства с будущим мужем я уже изучала историю, культуру и религии этой страны. Думала, этого всего будет вполне достаточно для построения семьи с любимым человеком.
Свадьба была очень красивой и трогательной, у Лены остались великолепные фотографии в национальных костюмах, которыми она сразу поделилась в соцсети. Но дальнейших публикаций – о счастливой семейной жизни – увы, не последовало, потому что эта жизнь оказалась вовсе не такой красочной и красивой. Теперь, спустя пять лет, Лена с содроганием вспоминает свое пребывание в роли жены в индийской семье. И твердо говорит, что брак с индусом – это шаг, на который стоит решиться только по ну очень большой любви.
Во-первых, как только она переступила порог дома Ишвара в качестве жены, ей сразу объяснили ее место. Главная в их женской иерархии – свекровь, за ней – жена его старшего брата, и так далее. Задача Лены – помогать родственницам, выполнять их распоряжения по дому, то есть быть «на побегушках». А еще ей запрещено выходить одной на улицу.
— Ну, то есть как «запрещено» — не то чтобы я была пленница, а, как объяснил муж, ходить одной женщине по улицам не очень безопасно, ведь вокруг столько мужчин, у которых слюнки текут от вида белой женщины. Да и вообще, по словам Ишвара, такие одиночные прогулки у них в квартале не очень поощряются.
Поначалу играть новую роль ей было, как она признается, «прикольно», но уже через пару недель Лена буквально завыла волком от скуки скучно. Языка она не знала (английским владел только муж, а его родня – на уровне «как дела» и «всё окей»). Спасал только Интернет в телефоне, но муж просил слишком часто не смотреть ролики, потому что тратится много мегабайтов. Так что залипнуть у себя в комнате с каким-то советским фильмом и поностальгировать не получалось.
— Правда, потом я нашла небольшую удаленку – стала админить телеграм-канал, и стало не так тошно, — вспоминает Лена.
Еще одной проблемой стало неприятие ее организмом местной пищи. От индийских блюд у молодой жены сразу начались рези в животе, тогда как в Москве никаких проблем со здоровьем у нее не было.
— В общем, неделю все нормально – неделю мучаюсь с поносом и рвотой. То ли вода их для меня непривычна, то пища слишком острая, то ли антисанитария эта… В общем, сплошные мучения, — вспоминает Лена.
— И что, никаких плюсов в браке не было?
— На самом деле было два больших плюса, из-за которых я так долго и терпела, — соглашается Лена. — Первый – это любовь и поддержка моего мужа. Он, бедняга, метался между двух огней – допотопных устоев своей семьи и моими страданиями. Ишвар быстро понял, что ошибся, приведя меня в свой дом. Надо было сразу начать жить отдельно – по-европейски, снимать квартиру, но такой возможности у него не было, к тому же мама хотела, чтобы мы все жили одной семьей.
— А второй плюс какой?
— Неловко говорить, но это секс. В постели муж мой был настолько страстным и затейливым и в то же время романтичным, заботливым, нежным, что это просто обезоруживало. Всегда говорил: «Я хочу, чтобы ты была счастлива, и я буду делать только так, как ты хочешь».
Несмотря на непривычный климат, непривычную еду и положение, которое кардинально отличалось от того, в котором она жила в России, Лена не хотела разводиться с мужем и уезжать обратно. Года два их отношения держались на любви. А на третий год она узнала, что беременна, и поняла, что теперь тем более обратного хода нет. Мысль о красивой девочке, похожей на индийскую принцессу (Лена была уверена, что та унаследует красоту отца) наполняла ее счастьем.
— Когда я рассказала мужу, что жду ребенка, он очень обрадовался, — вспоминает она. – На третьем месяце беременности мы объявили об этом его родне – и те тоже стали прыгать вокруг меня и поздравлять. «У Ишвара будет наследник, продолжатель рода», — постоянно приговаривала его мать.
В пять месяцев супруги поехали на очередное УЗИ, и врач объявил: «У вас будет девочка». Лена не могла не заметить, что от этой новости лицо ее мужа вытянулось и на нем появилось беспокойство. Всю обратную дорогу домой он молчал и был явно чем-то озабочен.
— Когда мы уже почти доехали, мне удалось, наконец, выпытать у него причину угнетенного настроения, — вспоминает Лена. – Он признался, что рождение девочки – очень плохая новость в Индии. В этой стране до сих пор сохранилось общее мнение, что дочка – это обуза, лишний рот и так далее. То есть даже в относительно продвинутых семьях этой новости не особо радуются. «Понимаешь, я-то рад, что будет дочка, но вот как сказать об этом семье, не знаю. Мама расстроится», — пояснил он.
Лена вспоминает, что общение с родней мужа, которая и правда начала охать и вздыхать, узнав новость о ребенке «неудачного» пола, для нее в тот вечер прошло как в тумане. На следующий день она объявила Ишвару, что хочет обратно в Питер. И, что если он не поедет с ней, она с ним разведется.
— Я не боялась, что он станет чинить мне препятствия, — поясняет Лена, — Ишвар не такой и к тому же безумно меня любит. В общем, он позволил мне уехать, а через полгода и сам прилетел в Питер. Теперь мы живем здесь. И слава Богу. Но отмечу, что мой случай уникальный. Обычно у индийских мужей (не детей эмигрантов, а именно у тех, кто живет в Индии) менталитет и понимание роли женщины очень сильно отличается от европейского.
Юля и Сэм: развод и личный психолог
С первого класса Юля налегала на английский. Ее мама, филолог, была очень увлечена романо-германской литературой и привила этот интерес дочке. После 11-го класса Юля с легкостью поступила в иняз и параллельно стала штудировать сайты знакомств с европейцами.
Через полгода в нее влюбился Сэм – классический англичанин (высокий, худой, в очках, очень интеллигентный). Сделал предложение и увез в Лондон.
— Честно говоря, я не скажу, что его безумно полюбила, — признается Юля. – Просто это были «смутные» годы – начало нулевых. Высокооплачиваемой работы не было, я устроилась переводчиком, но это были небольшие деньги, а хотелось жить отдельно от родителей, быть независимой. А тут Англия замаячила на горизонте с ее Биг-Беном и прочими атрибутами, о которых мне с таким пиететом всегда рассказывала мама. Жених – как принц из прошлого века. А я – как принцесса Диана. Заманчиво и красиво.
Сэм не обманул ожиданий Юли: он не притворялся, а на поверку оказался именно таким, каким она его узнала в первое очное знакомство – спокойным, рассудительным, интеллигентным и начитанным. Только… очень скучным.
— Понимаете, я привыкла к постоянному «движу» и перманентному стрессу – как белка в колесе, — объясняет Юля. — У нас же в стране как в девяностых было? То дефолт, то шахтеры бастуют, то ещё что. А тут – тихая размеренная жизнь на окраине Лондона. Все запланировано на год вперед. Летом едем во Францию или Грецию, зимой – на горные лыжи. Зарплату муж получит – уже заранее знаешь, на что она уйдет. Кредиты, коммуналка и так далее. Мне он карманные деньги не давал. С приходом в дом Интернета я стала зарабатывать онлайн, и мне стало хватать на какие-то мелкие «хотелки» (например, кофе выпить с русской подружкой). Но все равно всё это было как-то странно, ведь мой папа маме всегда всю свою зарплату отдавал.
Юля признается, что сложностей при жизни с мужем-англичанином добавляла разница в темпераментах. Доброго, интеллигентного и нежного Сэма она характеризует как «тормоза» и «амебу».
— Поцелует – никакой страсти не чувствую, а кажется, что это просто часть какого-то английского ритуала. А собираемся в гости или в театр – так долго копается, что меня аж трясти начинает. Сядет ботинок надевать, задумается о чем-то, вздыхает, а я на пороге стою готовая и с ноги на ногу переминаюсь…
Однако не всегда муж Юли выглядел отстраненным и «амебным». Если дело касалось его работы и отношений с коллегами – тут он не мог сдерживать бурных эмоций. Чуть ли не каждый вечер после прихода домой Сэм плакался любимой русской жене в жилетку. Он рассказывал ей каждую мелочь: каким тоном разговаривал с ним начальник, как на него посмотрел коллега по отделу. И ей нужно было вместе с ним проводить анализ: любят ли его в офисе, а не считают ли слишком заносчивым или слишком ленивым?
Если же вопросов по работе не возникало, супруг начинал ударяться в детские воспоминания. В школе его не ценили, не давали роли в детском театре, родители не вникали в его подростковые переживания, а учитель математики занижал оценки. Во время таких разговоров Сэм иногда начинал рыдать, и Юле, словно психотерапевту, приходилось его успокаивать.
— Когда однажды я рассказала об этом своей русской подружке, которая тоже замужем за англичанином, та нисколько не удивилась: «Да, местные мужчины очень любят покопаться в себе, порефлексировать. У них низкая самооценка». И дала совет: «А ты, как только он начнет ныть, сразу наливай ему рюмку рома. До краев. Он успокоится и уснет». Но я так делать не решилась, потому что испугалась, что своими руками сделаю из мужа алкоголика.
Отношения Юли и Сэма не сложились. Забеременеть от него она не смогла, что вогнало ранимого англичанина в еще большую депрессию и окончательно обвалило его самооценку. По дороге с работы он начал заруливать в пабы и теперь часто приходил домой подшофе. На шестом году брака они развелись.
— Вы не думайте, что развод был каким-то драматичным, с битьем посуды или судами за имущество. Мы все сделали цивилизованно, — поясняет Юля. – Он оставил мне свою квартиру с не до конца выплаченным кредитом. Уже прошло много лет, я осталась жить в Англии и построила отношения с соотечественником, который тоже очень давно тут живет. Сэм женился во второй раз, но мы остались друзьями, и, когда муж в командировке, он традиционно забегает ко мне. Но вовсе не для того, о чем вы подумали, а поплакаться. Говорит, что с женой так откровенничать не может: та его просто пошлет. А я эмпатичная, мне его жалко. Мой муж, кстати, об этом знает и всегда смеется. Ну, говорит, тебе пора инфоцыганством заниматься – в Интернете психотренинги для англичан проводить.
Марина и Гога: слишком активный
— Я на грани развода, еле сдерживаю себя от того, чтобы пойти в МФЦ, — признается москвичка Марина. – Мой армянский муж меня так измотал и физически, и морально, что мне хочется просто забиться в угол и чтобы меня никто не трогал. А я ведь еще и интроверт, представляете?
Улыбчивый добряк Гога встретил свою будущую жену в московском университете. Как настоящий восточный мужчина он не стал ходить вокруг да около: на втором же свидании признался в любви, а потом и предложение сделал. Марина не сразу согласилась, потому что для нее такие страсти и такой напор стали полной неожиданностью. Но разве устоишь перед белоснежной улыбкой, армянскими комплиментами, дорогими подарками и горячими поцелуями? Она и опомниться не успела, как сама влюбилась и уже стояла в ЗАГСе в белой фате.
— А после свадьбы моя жизнь превратилась в какой-то безумный круговорот, — говорит Марина. – Гога – из современных армян, его родители живут в Москве, но традиции постоянно ходить друг другу в гости без предупреждения у них остались, тем более что он вырос не здесь, а у бабушки в Ереване. В наш дом могут завалиться среди ночи Гогины друзья или братья, а его мама — появиться на пороге в воскресенье в восемь утра. При этом я должна их всех обслуживать – накрыть стол, вести с ними беседы. По этой причине холодильник должен всегда быть набитым вкусной и разнообразной едой. А ведь я очень устаю на работе!
Марина делится, что гиперобщительность и хлебосольность ее мужа-армянина не знает пределов. Он может встретить на улице незнакомого человека, разговориться и тут же пригласить его на ужин. А услышав однажды от соседа по подъезду хвалебный комментарий в адрес Армении, тут же предложил ему вместе с женой и детьми поехать с ними летом в Ереван. И всерьез стал готовить маршрут достопримечательностей для будущего гостя. «Я не знаю этих соседей и не хочу ехать в отпуск с незнакомыми людьми», — возражала Марина. «Так в отпуске и познакомимся!» — весело заявил Гога. К счастью, сосед тактично отказался от поездки.
— А еще эти бесконечные звонки мне, когда я ухожу к подружке или вообще куда-то отправляюсь одна, — вздыхает Марина. – Каждые 15 минут Гога интересуется, все ли со мной в порядке, потому что меня могут похитить, ограбить и так далее. Я, когда студенткой была, часто за полночь домой приходила после веселых тусовок, и мои родители особо по этому поводу не беспокоились, но для Гоги это не аргумент.
Марина признается: у нее нет ни минуты покоя и ни метра личного пространства. Скрыться от любви горячего армянского мужа невозможно даже ночью. Потому что Гога очень хочет ребенка и стоит им лечь в постель, как он тут же предлагает «сделать малыша».
— Я его люблю, он реально очень хороший муж. Он и добрый, и ласковый, и надежный, и нежный. Но уж больно активный, — объясняет Марина. – Мы как лед и пламень. И вот что мне делать? Разводиться? Пойти с ним к психологу? Пыталась ему объяснить свои чувства – он не понимает. Сразу начинает дуться: «Ты меня не любишь». И тут же снова лезет с поцелуями.
Выходить или нет?
— Если вы собираетесь выходить замуж за мужчину другой национальности, в первую очередь изучите культуру, к которой принадлежит ваш жених, — советует психолог Евгений Левин. – Я не про достопримечательности и не про историю его страны (хотя и это важно), а про традиции в понимании семьи. Узнать это проще всего из блогов, групп в соцсетях и телеграм-каналов, в которых уже живущие с иностранцами женщины делятся опытом и обсуждают болевые точки. Это будет самая актуальная и достоверная информация. Так вам будет легче понять, потянете новую жизнь или нет, сможете ли принять чужую культуру и быстро в нее интегрироваться. Понятно, что, если оба любят друг друга и готовы идти на уступки, привыкнуть будет проще. Но, принимая решение, все-таки исходите не из эмоций, а из своего собственного «я» и своих ценностей. Потому что даже самое сильное чувство может разбиться о быт.
Советы жене иностранца:
1. Если в браке вам что-то кажется странным, недопустимым и приносит вам дискомфорт, честно и открыто скажите об этом мужу. Постарайтесь говорить без обвинений, делая акцент на ваших чувствах. Не кричите, а говорите спокойно, но в то же время твердо. Дайте понять партнеру, что вы его любите и дорожите вашими отношениями, и именно поэтому так с ним откровенны.
2. При любом конфликте не делайте слишком резких заявлений и воздержитесь от оскорблений и обвинений. Для начала сделайте глубокий вдох, выдох и постарайтесь поставить себя на место мужа. Как ситуация выглядит в его глазах, именно с учетом его ценностей, жизненного опыта и национальной принадлежности?
3. Если ссора возникла из-за обидного слова или выражения, помните, что виной может быть языковой барьер. Большинство конфликтов межнациональных пар возникают из-за неправильного перевода или плохого знания супругами языка друг друга. Пример из практики психолога: славянка сказала мужу-турку, что он бережливый, желая его похвалить за практичность, но тот жутко обиделся, потому что слово, которое она употребила, на самом деле переводится как «жадный, скупой». Более того, в некоторых культурах много идиом и слова, выражения могут иметь двойной смысл.
4. Входя в семью иностранца, будьте внимательны и не поддавайтесь первому впечатлению: с одной стороны, не впадайте в бурный восторг, а с другой – не воспринимайте всё в штыки. Присматривайтесь к новой родне и налаживайте контакт постепенно. Постарайтесь быть дружелюбной, понимающей и открытой к изучению их культуры, но в то же время сразу обозначьте свои личные границы. Например, четко проговорите, что вам не нравятся визиты гостей без предупреждения или что вы не готовы отказаться от своей привычной еды и традиций.
5. В жизни бывает всякое, и, если после свадьбы вы обнаружили, что муж-иностранец или кто-то из его родных проявляет по отношению к вам насилие (поднял руку, оскорбляет), ограничивает вашу свободу или имеет зависимость (алкоголь, запрещенные вещества, игромания и т.д.), отношения лучше сразу прекратить. Это красные флаги для семейной жизни. В целях безопасности не забудьте предупредить о своей ситуации родных и друзей.