Вековой юбилей отмечает столичное такси: среди машин с «шашечками» встречались даже правительственные «членовозы»
«Поедем на таксо!» Ровно век тому назад в Москве произошло событие, которое и позволило позднее авторам знаменитого романа «12 стульев» снабдить словарь своей колоритной героини Эллочки-людоедки такой фразой. Летом 1925 года столица СССР обзавелась новым видом общественного транспорта – «не хуже, чем у капиталистов на Западе». Отныне москвичи и гости столицы могли воспользоваться услугами таксомоторов.
Газеты в 1925-м сообщили о новинке накануне ее появления: «Московское коммунальное хозяйство доводит до всеобщего сведения, что с 21 июня сего года открыто для пользования широких масс населения таксомоторное движение».
На улицы Белокаменной вышли первые несколько «наемных экипажей» — шестнадцать юрких автомобильчиков-такси «Рено», специально закупленных для этой цели. Гараж, где они базировались – фактически первый в городе таксопарк, — находился на углу Георгиевского переулка и Большой Дмитровки, в том самом здании, в котором ныне оборудованы выставочные залы Малого Манежа.
Вскоре к этим «дебютантам» добавились еще несколько десятков «Рено» и «Фиатов». А в 1932 году на смену зарубежной автотехнике пришли отечественные легковушки ГАЗ-А. Кузова у них открытые, а потому в качестве защиты от дождя и холода пассажиры могли рассчитывать лишь на легкий тент с прозрачными целлулоидными вставками вместо стекол. Зато водителям-таксистам – «бензиновым извозчикам», как их называли некоторые старые москвичи, — полагалась в ту пору специальная форма: кожаная куртка, шлем, краги… Очень круто выглядели!
Еще через несколько лет армия таксомоторов в столице значительно обновилась. Пассажиров возили теперь в основном «эмочки» М-1 Горьковского завода.
х х х
Справедливости ради следует отметить, что попытки организовать в городе работу такси предпринимались гораздо раньше, еще до революции.
2 сентября 1907 года газета «Голос Москвы» сообщила читателям: «Вчера в Москве появился первый извозчик на автомобиле. Какой-то шофер привесил к своему небольшому «ольдсмобилю» плакат «Извозчик. Такса по соглашению». Он разъезжал по улицам, останавливался на углах и, по-видимому, не мог пожаловаться на отсутствие седоков».
Затея того креативного автомобилиста оказалась весьма продуктивной, и ее подхватили многие владельцы бензиномоторов. А ветхозаветное слово «извозчик» вскоре уступило место новому термину: «таксомотор».
Публика поначалу воспринимала новинку общественного транспорта с опаской. Вот что писал своей супруге воронежский купец Мамликов, оказавшийся по делам в Первопрестольной: «А вчера, разлюбезная моя Анастасьюшка, добирался я в нумера с приятелем моим из «Яра» на моторной карете, заместо извозчика. Жутко было ехать, не видя пред собой привычного лошадиного хвоста, тряско, одначе и приятственно, ибо восторженными взглядами обывателей да собачьим лаем были мы препровождаемы от самой ресторации. Противу обычного заплатил я за проезд полтора рубля серебром. Извозчик, шельма, дерет меньше…»
х х х
Революционные потрясения, начавшиеся в 1917-м, не оставили и следа от прежних инициатив «автомобильного извоза». Однако, по прошествии нескольких лет руководители уже социалистической Москвы вспомнили о таком виде пассажирского транспорта и решили его возродить. Это и произошло летом на восьмом году существования Советской власти. Именно с 21 июня 1925-го принято вести отсчет времени существования московского такси.
Такая транспортная новинка в Первопрестольной прогрессировала очень быстро.
К 1940 году в пяти таксопарках насчитывалось уже три с половиной тысячи таксомоторов. Среди них можно было встретить и «номенклатурные» ЗИС-101 (вместительные лимузины в 1936-м были даже пущены по Садовому кольцу в качестве первых маршрутных такси).
Идея использовать для работы «бензиновыми извозчиками» шикарные правительственные авто возникла, как считают, с подачи самого Иосифа Виссарионовича. Этакий рекламно-идеологический ход. Вот смотрите, мол, какое у нас равноправие: любой советский человек может при желании прокатиться на таком же автомобиле, как и руководители страны!
«Лимузинная» традиция продолжилась и после окончания Великой Отечественной. Тогда на улицах Первопрестольной можно было встретить «членовозы» ЗИС-110 с шашечками на борту. «Представительские» «зисы» имели даже свои базовые стоянки в городе, откуда их могли взять пассажиры: возле гостиницы «Москва», перед Большим театром, на Пушкинской площади, у Северного речного вокзала, рядом с главным входом на Всесоюзную сельскохозяйственную выставку… Последние два места предназначались для такси-фаэтонов с открытым кузовом; среди тогдашних москвичей и гостей города считалось проявлением высшего шика нанять (зачастую — вскладчину) многоместный ЗИС «без верха» и отправиться в нем на прогулку по достопримечательными местам столицы…
При желании можно было даже домчать на роскошном лимузине из Москвы в Симферополь, Ялту или Сочи: несколько такси ЗИС-110 работали, как междугородние экспрессы, перевозя жителей столицы к теплому морю. Тысячекилометровый путь они преодолевали за сутки, с обязательной остановкой на отдых в единственном на весь Советский Союз мотеле «Зеленый Гай».
Впрочем, все эти навороты — скорее исключение из правил. Основной тягловой силой в таксопарках являлись машины среднего класса. «Эмку» вскоре после окончания войны сменила следующая серийная «газовская» модель — «Победа». На Горьковском заводе даже выпускали для работы «извозчиками» отдельную серию таких машин. У них сидения обивались специальной тканью, которую легче было чистить, а кроме того существовала и единообразная раскраска кузова: темно-синий низ, светло-серый верх, а вдоль всего борта — узкая полоска из знаменитых «шашечек».
Уже во второй половине 1950-х на смену «Победам» пришли «Волги», сначала – «двадцать первые», потом на долгие годы монополию захватила «двадцать четвертая» и ее более поздние модификации. Именно эти легковушки (в классическом таксомоторном варианте – со светло-салатовым кузовом) стали «финишерами» советского этапа существования московского такси. Новая – уже российская, его эпоха оказалась связана с использованием разномастных моделей машин зарубежного производства
х х х
В 1960-е — 1980-е предпринимались все же попытки привлечь на помощь легковушкам Горьковского завода «Москвичи». На линии выпускали и «четыреста седьмые», и «сороковые»… Впрочем столичные таксисты этих «малолитражных стальных лошадок» не очень-то жаловали: «Москвичонки», по их словам, слишком быстро «увядали» и начинали «сыпаться» в условиях суровой таксомоторной жизни. Однако московские автомобилестроители не теряли веры в свою технику и даже попробовали создать для «бензиновых извозчиков» нечто специфическое.
В одной из коллекций автостарины сохранилась уникальная машина. Она похожа на микроавтобус, но значительно меньше «Рафика» или «Соболя». Это опытный образец специального автомобиля-такси, созданного в 1968 году Институтом технической эстетики на базе серийного «Москвича». Место водителя отделено прозрачной перегородкой, позади сидений — просторный багажный отсек, пассажирский салон рассчитан на четырех пассажиров, и в нем одна дверь, на которой нет ни единой ручки, но зато имеется пояснительная надпись: «Дверь открывает водитель». Ее можно, оказывается, сдвинуть в сторону лишь с помощью электропривода, нажав кнопку на панели приборов. Естественно, таксист должен сделать это только тогда, когда его очередные клиенты расплатятся за проезд. Подобная предосторожность не считалась излишней даже в те благополучные годы!.. Оригинальные машины, несмотря на всю свою продвинутость, все же не были запущены в серию, и по городу продолжали разъезжать привычные всем «Волги».
Упомянем еще об одном важном событии из биографии московского такси. В 1955 году среди московских таксомоторов появились новые престижные легковушки — многоместные ЗИМы. Часть этих вместительных автомобилей решили пустить по улицам в качестве маршрутных такси, — именно тогда и началось массовое использование «маршруток» в столице. Позднее эстафету у ЗИМов приняли более приспособленные для такой работы микроавтобусы РАФ, выпуск которых был начат на заводе в Литве. По паспорту они были рассчитаны на перевозку 10 человек, но в часы «пик» в салоны набивалось еще двое-трое. Такие пассажиры получили шутливое прозвище — «гнутые»: ведь за отсутствием свободных сидячих мест, им всю дорогу приходилось стоять в салоне маленького автобуса, согнувшись в три погибели.
х х х
Для нескольких поколений советских граждан с автомобилем такси ассоциировалось его ласковое прозвище (увековеченное даже в названии одной из популярных кинокомедий) – «Зеленый огонек». Тут следует отметить, что на первых наших «бензиновых извозчиках» устанавливался впереди, возле стекла водителя ящик таксометра с табло, снабженным надписью «СВОБОДЕН». Впоследствии использовались иные механические таксометры, где табличку с таким словом заменили откидными «флажками», показывающими, что машина-такси свободна. А вот зеленый фонарик в правом верхнем углу за лобовым стеклом появился гораздо позже самого такси, лишь после того, как начали выпускать электрические таксометры. Первые такие «светлячки» установили на машинах из 5-го таксопарка в октябре 1949 года.