В выходные ожидается бум телефонных «соцопросов»
В выходные и праздничные дни обзвон с целью якобы опроса общественного мнения совершают лишь мошенники — об этом россиян накануне праздников предупреждают эксперты. На сей раз их истинная цель действительно с вами поговорить, а вернее — послушать. Им нужен голос будущей жертвы. И на это хватает 20 секунд.
Если верить IT-специалистам, звонящие во внеурочное время с расспросами добиваются качественной записи подлинного голоса человека, чьи ФИО им уже известны.
Для айти-умельцев достаточно 20 секунд записи на диктофон телефона, чтобы потом сгенерировать из сказанных вами в рамках «опроса» слов звонок другу или родне с просьбой о деньгах и тому подобное.
— И еще нужно, чтобы абонент давал эмоции. Никто же не звонит с криками о помощи монотонным голосом «Мама, переведи денег срочно». Тут нужен нерв. Поэтому в рамках лже-опроса точно должны быть провокации, чтобы вывести собеседника на эмоцию, — соглашается с тем, что такое возможно, программист крупного российского сервиса услуг Андрей. — А если жертва еще и активна в соцсетях и выкладывает всякие риллсы и кружочки, то ее близкие могут получить «от нее» не только аудио, но и видеосообщение — так называемый дипфейк.
Замдиректора по продуктам VisionLabs Татьяна Дешкина, первая оповестившая соотечественников об угрозе налета охотников за дипфейками под видом социологов, рекомендовала использовать определители номеров, избегать предоставления личной информации по телефону и помнить, что «большинство легитимных организаций не запрашивает конфиденциальные данные по телефону, а уж тем более в выходные. По ее словам, главная задача названивающих во внеурочное время — продержать абонента на линии как можно дольше и записать его вербальное общение в разных интонациях, после чего из полученного материала генерируется фейковые аудиосообщения от жертвы. А если в наличии (на аватарках) хотя бы несколько фото, то особо одаренные умельцы по части дипфейков могут смастерить и видео.
— Как только голос, ФИО и образ профуканы, — говорит специалист по кибербезопасности Олег Новрузов, — личность пользователя смартфона, по сути, в кармане у скамеров. Другое дело, что частные аудио и видеосообщения и использовать можно лишь в частном поле. Поэтому атаки будут, скорее всего, на ближний круг жертвы. А что они могут дать злоумышленникам? Деньги. Ну и личные данные, думая, что они передают их близкому человеку. А если человек сообщил код из смс, то ждать можно чего угодно — от исчезновения всех сбережений со счета и кредитов на ваше имя до использования вашей поддельной личности при планировании серьезных преступлений не только против лично вас, но и других людей.
Другое дело, что отдаленных исследований, куда именно преступники пристроят «профуканный голос» пока нет, есть лишь предположения, основанные на пока сравнительно небольшом числе завершенных деяний с использованием дипфейка.
— Мой дедушка рассказал нам с мамой, что ему звонил соцопрос, — делится столичная студентка Арина. — Тыщу раз ему говорили не брать незнакомые номера, но он все равно берет. Деду нравится мошенников на место ставить, наверное, ему скучно дома одному, но у него каждый день для них новая присказка. Трубку он берет, выслушивает их предложения, а потом заявляет что-нибудь вроде: "А баланда-то сегодня вкусная была?" Или «развод уровня вашей параши» — развлекается, в общем, дедуля. Но к соцопросу — в том смысле, что он мошеннический — дед готов не был. Он любит всякое анкетирование, особенно, живое, если его на улице останавливают какие-нибудь опросчики, всегда обстоятельно с ними беседует. И с телефонными побеседовал. Минут этак 20. Теперь у них дипфейков про нашего дедушку на целое кино.
— А почему вам рассказал? Все же показалось общение подозрительным?
— Нет, отнюдь. Наоборот, похвастался, как ловко на все вопросы отвечал, где с юмором, где с патетикой. Звонящие, судя по всему, стали его на геополитические темы выводить, а дед у нас офицер в отставке, полутонов не любит. Так что всю палитру эмоций он точно им выдал. Мог даже всплакнуть, когда его о погибших в ВОВ родственниках расспрашивали. У нас та война прабабушку унесла, дедову маму.
В данном случае любознательный «соцопрос» попал под подозрение только потому, что вскоре дипфейк «от дедушки» получила сама Арина. Правда, по ее словам, не слишком качественный, но не исключено, что это был тестовый режим.
— Дед будто звонил мне откуда-то с улицы, — описывает услышанное Арина. — Голос и интонации точно его, но шум проезжей части местами глушит. Но главное, что он обратился ко мне «Арька», а так меня называют только дома. Потом сказал, что дошел уже до МФЦ выяснить что-то по пенсии, а тут просят ввести пароль от госуслуг, а он бумажку с ним дома забыл. Дескать, у тебя же записан мой пароль, напомни, внученька. У меня правда записан и, боюсь, я бы правда напомнила, даже зная про странный «соцопрос». Но нас спас случай: связь отрубилась, либо скамерам не хватило аудио, и они решили дальше общаться сообщениями от имени деда. Но я успела ему перезвонить до того, как мне пришло «от него» сообщение. И обнаружила, что дедушка мой мирно дремлет на диванчике и в тот день из дома вообще не выходил. Так что теперь я всем рассказываю эту историю в назидание.
Многие россияне, судя по тематическим чатам, признаются, что телефонные «соцопросы», особенно, если их проводит «механический голос», с мошенничествами у них не ассоциируются. И общаются они с цифровыми «милыми барышнями» как раз на выходные, когда свободного времени побольше, а общения за счет отсутствия коллег поменьше. С большинством пока ничего не случилось, но за предупреждение они благодарны.
А вот некоторые настоящие социологи на него обиделись, заявляя, что нагнетание» на эту тему подорвет остатки доверия граждан к науке социологии, которая и так у нас не в слишком большом почете.
«Мы десятилетиями выстраивали систему верификации: от контроля интервьюеров до технологий защиты данных, — написал в своем блоге в ответ на предупреждение экспертов представитель профессионального центра исследования общественного мнения. — А дипфейковая истерия, не подкрепленная данными, может нанести серьёзный ущерб доверию к профессиональным исследованиям. Подобные заявления, озвученные без статистики и четких доказательств, рискуют спровоцировать волну необоснованной паники, что приведет к катастрофическому снижению откликов в легитимных исследованиях и качестве получаемых данных. Социология и так регулярно сталкивается с обвинениями в "ангажированности" и "фальсификациях", а теперь к этому добавится страх перед "фейковыми интервьюерами". Социология работает с хрупким материалом — доверием людей. Когда неспециалисты раскручивают страшилки, не понимая последствий, они бьют именно по этому доверию. А без него никакие данные, хоть про выборы, хоть про качество жизни, не будут достоверными».
Не согласиться трудно, но данный сложный вопрос решается простейшим образом: даже самые энтузиасты от социологии и даже в лице своих цифровых альтер-эго по выходным и праздникам отдыхают, а не названивают другим отдыхающим гражданам. А в будни интервьюер из подлинного центра изучения общественного мнения никогда не будет возражать, если абонент захочет перезвонить в этот центр и уточнить, какие соцопросы и интервьюеры у них сегодня на линии.