Раннее развитие с ИИ, ранние смерти гениев — стоит ли вообще ускорять детское развитие
«Кто начал жизнь трагически, тот…» истинный вундеркинд. Или тот, из кого «чудо-ребенка» усердно, а иногда и жестоко, делали. Желание родителей видеть своего ребенка самым талантливым иногда может повлечь за собой настоящую драму. «МК» вспомнил непростые судьбы «маленьких гениев» прошлого и поговорил с экспертами о том, как меняется отношение к одаренным детям в прошлом, настоящем и будущем.
«Великие» и маленькие
В нулевых страну потрясла автобиография Полины Осетинской, имя которой гремело на весь поздний СССР. В 6 лет девочка-пианистка собирала концертные залы. В 8 лет чудо-ребенок играл 30 часов музыкального материала по памяти, в 11 — дебютировал в Большом зале Московской консерватории: играл концерт №23 ля-мажор Моцарта.
«За кулисами» успеха оставалась жесткая муштра с утра до вечера (с перерывами на сон) со стороны отца, журналиста и драматурга Олега Осетинского. Стать великим пианистом было его несбывшейся мечтой. О том, что Полина «будет великой», отец твердил постоянно.
Начало «истязаний музыкой» происходило в удаленном одиноком доме на Куршской косе, как в фильмах ужасов. Затем в Вильнюсе, где потом поселился папа с дочкой, он морил ее голодом (на завтрак мог быть стакан уксуса с водой), зато обильно «кормил» таблетками-стимуляторами и витаминками. Согласно книге, было и худшее: сексуализированное насилие в отношении несовершеннолетних на глазах у девочки-«вундеркинда»…
Зато в 12 лет у девочки была не только российская, но и мировая слава. Через год, в 1988-м, планировался тур по США — с папой, конечно. Но Осетинские туда не поехали: 13-летняя Полина все-таки сбежала в Санкт-Петербург, где воспитывалась у чужих людей. Сегодня она концертирующий музыкант и мама троих детей, но свое детство старается не вспоминать.
История Осетинской напоминает судьбу еще одной малолетней знаменитости, поэтессы Ники Турбиной (Торбиной). Сегодня доказано, что стихи дописывали, а то и сочиняли за Нику мать и бабушка. Особенно старалась продюсировать «талант» девочки, которая плохо спала из-за астмы и всю ночь что-то бормотала, ее мама — художница из Ялты Майя Никаноркина.
Привлекательная дама из богемы добилась всего, о чем мечтала. При помощи славы дочери и ее гонораров перебралась в Москву, вошла в литературно-художественный круг, удачно вышла замуж. Майя была на короткой ноге с такими действительно великими людьми, как Андрей Вознесенский, Юлиан Семенов и Евгений Евтушенко (последний и продвигал Нику в литературной Москве).
Пик славы Ники Турбиной пришелся на период начальной школы, где ей было не суждено учиться. В 9 лет вышел первый сборник ее стихов, и поэтессу (вместе с Евтушенко) показали по ТВ. Но уже к 12 годам слава Турбиной начала сходить на нет, чему способствовало охлаждение со стороны поэтов-покровителей. Несмотря на это, в 1990 году вышел второй и последний томик стихов Турбиной.
Выяснилось, что девочка, которой прочили славу новой Ахматовой или Цветаевой, так и не научилась писать грамотно. И до 16 лет сосала соску перед выходом на сцену. Она пыталась стать актрисой, но быстрого успеха не получилось. В 18 лет Ника очертя голову укатила в Швейцарию, где, по отзывам ее педагога Алены Галич, стала жертвой 76-летнего «психиатра»-педофила. Там же к прежнему букету болезней, терзавших ее с детства (аллергия, астма, диабет), прибавился алкоголизм. Он и сгубил бывшего «вундеркинда»: в 27 лет Ника при невыясненных обстоятельствах выпала из окна 5-го этажа в своей московской квартире.
В 2011 году самоубийство совершил вундеркинд, которого в детстве сравнивали с Леонардо, — Сергей Резниченко. Его домашним воспитанием занималась мама, которая, по словам Сергея, «использовала метод кнута, но не пряника». В 7 лет мальчик прочел «Войну и мир», в 9 знал наизусть таблицу Менделеева. В 11–12 лет обставил всех на популярной в нулевые телеигре для умных детей. Уже в 15 лет Сергей поступил в вуз (и тогда же прервал всякое общение с матерью). В 18 лет Резниченко покончил с собой, не выдержав жизненных неурядиц и испытания социумом. Его последними словами была фраза: «Я — Бог…»
Судьба вундеркиндов сестер Князевых, которых родители воспитывали по методу «щадящего дискомфорта», сложилась удачнее. Анжела и Диана учились на дому сразу по университетским учебникам. В 13 и 14 лет, соответственно, обе стали студентками экономических отделений вузов, которые окончили по ускоренной программе. И тут же принялись за высшее юридическое образование (тоже закончили через год). Но на выходе образовался вакуум — никто не хотел брать девушек подросткового возраста на работу. Семья перебралась в США, где сестры окончили еще и Стэнфорд. В этой стране сестры Князевы стали успешными экономистами, получили докторскую степень. Но в интервью русскоязычным изданиям дружно сожалеют о потерянном детстве.
Этот опыт перекликается с жизнью вундеркинда-физика Савелия Косенко. В школу он пошел сразу в 4-й класс, перепрыгивая через годы, окончил ее в 10 лет. В 11 Савелий был уже студентом МВТУ им. Баумана и написал свой учебник физики (рекорд книги Гиннесса как самый молодой автор). Сегодня Савелий живет в Канаде, у него есть свое дело и любимая фраза о детстве: «Спасибо, что остался живой».
И, наконец, семья педагогов Никитиных, которая воспитывала по собственному методу 7 детей, а хорошего иммунитета к болезням добивалась закаливанием на холоде. Пожалуй, единственный пример выросших «ускоренных» детей, которые ни о чем не жалеют, а наоборот, благодарны. Все дети имеют нормальные карьеры и полноценные семьи.
А вот их родители, Борис и Елена Никитины, оба педагоги, исповедующие принципы Макаренко (раннее развитие, свобода творческого самовыражения, «педагогическое сотрудничество»), в последних работах признавали, что «перегнули палку». В основном с закаливанием: у первого ребенка, Алеши, был атипичный дерматит, который удалось вылечить только в прохладном помещении. Холодные, а то и снеговые «ванны» — то, что дети вспоминают «из неприятного». Но неоспорим факт, что все Никитины-младшие росли здоровыми, спортивными и почти никогда не болели. В школу каждый из них шел в 5–6 лет и оканчивал ее экстерном.
«Гения вырастить невозможно»
— Никитины всегда подчеркивали, что они не растили гениев, а воспитывали всесторонне развитых, счастливых людей, — говорит социальный психолог Валерий Раушинский. — Что верно вдвойне. Гения воспитать невозможно. Хотя бы потому, что этот феномен непознаваем, и лучшее, что могут сказать ученые: гениальность — случайная комбинация генов. Да и не нужно никого так воспитывать. Как профессор Преображенский говорил: «Ведь родила же в Холмогорах мадам Ломоносова этого своего знаменитого», зачем огород городить?
В начале прошлого века существовало направление педагогической науки — педология. Там мелькало понятие «прекрасная норма»: в каждом классе или другой детской группе будет 15–20% детей со способностями выше среднего. Светлые головы, как говорят в народе. Эти дети обычно легко учатся, тянутся к знаниям. Обычно вырастают в крепких профессионалов, ученых, управленцев с карьерами «выше среднего» — но ничего выдающегося. Если с такими детьми сесть дома и заниматься дополнительно: читать взрослые книги и пособия опережающего развития, они будут учиться экстерном, перескакивать через классы и рано поступать в вузы. Но ни к какому сверхитогу такая тактика не приведет, результат будет тот же самый. Зато это «развитие» отрицательно скажется на формировании личности.
Основы педагогики, давно открытые и обоснованные: человек вообще может полноценно расти и развиваться в обществе себе подобных. Его возрастные кризисы должны пройти в детском коллективе, состоящем из ровесников, разновозрастные компании полезны лишь для конкретных задач.
Ускорение-перезагрузка
Расцвет феномена малолетних «гениев» и вундеркиндов из позднего СССР можно объяснить общим смятением. Сегодня ситуация иная, однако «делатели гениев» существуют. И самая известная, благодаря медийной активности, — семья Тепляковых. Сейчас в ней 9 детей, четверо из которых, по словам родителя, сдали госэкзамены. Вся информация обнародуется на уровне слухов, свои «личные данные» семейство ревниво оберегает. Глава семьи только рассказывает, что трое старших детей «закрыли» ЕГЭ, четвертый ребенок сдал ОГЭ. И что Алиса и Хеймдалль занимаются в «правильных вузах». Он же постоянно упоминает о методике, позволяющей его детям «ускоряться», а не «просиживать штаны» в школе.
Однако помимо громкого скандала с несданной сессией и отчислением из МГУ, отказа в приеме в коммерческий вуз и другого сопутствующего шума данных о методике Теплякова нет. Ни один ребенок из этой семьи не ходил в общеобразовательную школу, все на домашнем обучении. Бытовые условия семьи, судя по представленным видео «распаковок» продуктов, оставляют желать лучшего.
Похожая история из нулевых — попытка вылепить гения из одного ребенка. Отец Дианы Садовниковой, как и Тепляков, засел дома, чтобы «вырастить вундеркинда». Ускоренное образование в данной версии шло параллельным курсом с большим спортом. Диана серьезно занималась гимнастикой. Как и в случае с Осетинской, девочку почти не кормили, она не ела мяса и «разгружалась» от пищи по двое суток кряду. Утро у девочки начиналось в 6 утра с пробежки в 12 километров, после школы — муштра на гимнастике, дома — чтение и бесконечные занятия.
В 10 лет Диана сама попросилась в приют и потребовала лишить отца родительских прав. Но и в приюте несоциализированной девочке пришлось несладко — на несколько лет, до совершеннолетия, она все-таки вернулась домой. В этой истории интересно, что Максим Садовников никогда и не скрывал, что пытался реализоваться и прославиться за счет дочери.
Впрочем, возможно, Алиса Теплякова и другие «алисы» (в терминологии отца) из ее семьи отстали от жизни. С массовым приходом ИИ в образование грядет настоящая реформация раннего развития. Ведь интеллектуальные диалоговые платформы позволят детям-почемучкам удовлетворить любой запрос в каждой области знания. Сам ребенок сможет в режиме реального времени корректировать сложность задач и «глубину» изучения предмета. О школьниках и говорить нечего — видимо, это будет лучший старт за всю историю человечества для детей, рожденных с высоким IQ.
Творить быстро, умереть молодым
— Вундеркинды — не обязательно что-то искусственное, — комментирует детский и подростковый психолог Павел Синяев. — Иногда это история про ускоренный интеллектуальный рост. Есть физически быстро растущие дети, а есть с ранними способностями к учебе или творчеству. И я не очень согласен, что таких детей 20%, — нет, конечно. Истинных вундеркиндов, детей с рано проявленными яркими способностями, рождается один на 5000 человек.
Истинные вундеркинды могут добиться многого и стать известными, как Ландау, который окончил школу в 13 лет, в 14 поступил сразу на два факультета в университет. Или поэт Надсон, который очень приличные стихи начал писать уже во 2-м классе гимназии. Или Ван Гог, который тоже рано начал демонстрировать не только художественные способности, но и способность к языкам. У Ван Гога было несчастливое детство, «холодное и мертвое», как он писал, потому что его способности не замечали, пытались подавить.
«Яркие» дети могут прославиться, а могут стать хорошими, но довольно обычными специалистами. Нельзя угадать, нельзя сказать заранее. Необычные ранние способности демонстрируют и дети с генетическими аномалиями: саванты, с Аспергером, другими расстройствами аутистического спектра, даже с синдромом Дауна.
Родителям детей с высоким IQ, конечно, непросто. Нельзя «не замечать» их дарований, спускать на тормозах. Все возрастные кризисы, подростковую перестройку такие дети могут переживать тяжело. Развивать их способности лучше, помещая «вундеркинда» в родственную среду. Хорошо, что сейчас школ для одаренных, различных кружков и «точек роста» достаточно. Направлять и воздействовать мягко и ни в коем случае не создавать у ребенка «эффекта исключительности».
Это вообще одна из главных ошибок родителей юного дарования — кричать на всех углах о «гениальности» ребенка, говорить о его великом будущем. Нельзя забывать о возрастной норме: если ребенок в 7 лет занялся квантовой механикой, это не повод не смотреть с ним мультфильмы или не прочесть на ночь сказку. Но и обесценивать способности ребенка тоже не стоит.
Есть и еще одна гипотеза: якобы иногда талант дается человеку еще в детстве потому, что ему уготован ранний уход.
Художница Надя Рушева всего за 17 лет жизни создала около 10 тысяч графических работ — иллюстраций к произведениям Пушкина, Булгакова, Сент-Экзюпери. Надя прославилась в 10, но не зазвездилась, будучи не по годам строгой, взыскательной к своему творчеству. Скончалась она внезапно, от разрыва аорты.
Юная художница Саша Путря умерла от лейкоза в 11 лет. При жизни у девочки состоялись две выставки, а всего она создала 3000 живописных работ.
Математик и физик Павел Коноплев в 4 года решил задачу с первого курса Бауманки. В 7 легко щелкал в уме логарифмы, в 10 создал первую научную работу по астрономии — ее опубликовали в журнале Академии наук. В 15 он был принят в Московский университет. Но затем зашкаливающему интеллекту Коноплева стало мешать психическое заболевание. Он тяжело лечился, принимал сложные препараты. Скончался от тромбоэмболии легкого в 29 лет.
Пианист и композитор Алексей Султанов поступил в музыкальную школу в 4 года. В 9 впервые сыграл на публике Первый концерт Бетховена. В 20 лет Султанов победил на международном конкурсе имени Ван Клиберна в США, затем очень много гастролировал и пережил первый инсульт в 26 лет. Но не оставил концертную деятельность после нескольких повторных кровоизлияний. Алексей скончался в 35 лет. С такой посмертной рецензией: «Технически Султанов не знал границ, его контроль потрясал, скорость его исполнения вдохновляла». Постфактум творчество Султанова в мире музыки тоже признали гениальным.