Иллюстрация: «Блокнот»
Бразильский мистик Атос Саломе заявил, что объявленное перемирие — лишь ширма перед масштабным конфликтом.
Нострадамус из Бразилии предрекает, что перемирие на Ближнем Востоке — это лишь иллюзия, а третья мировая — реальность.
Бразильский мистик Атос Саломе, получивший прозвище «Нострадамус из Бразилии» за череду пугающе точных пророчеств — от пандемии COVID-19 до смерти королевы Елизаветы II, — вновь встревожил мир своими словами. Его новое предсказание касается Ближнего Востока и Великобритании, пишет DailyMail. Саломе заявляет, что объявленное Дональдом Трампом перемирие — не конец, а начало куда более тёмного сценария.
«Это не мир. Это лишь театральная пауза в спектакле, поставленном для заголовков, отвлечения внимания и подготовки почвы для следующего удара», — предостерегает Саломе.
Он утверждает, что действия США и последовавшее «двустороннее прекращение огня» — не более чем политическая мозаика, за которой скрываются новые угрозы. По его словам, война просто изменила форму. Беспилотники по-прежнему в небе, войска на позициях, а спутники слежения не отклоняются от курсов.
«Истинный мир рождается не из телеобращения, а из зрелой дипломатии и уважения к жизни. Пока ничего из этого нет», — отмечает он.
Кроме того, Саломе убеждён, что Британия уже втянута в конфликт, хоть и старается не афишировать своё участие. Она, по его словам, вовлечена «молча», под давлением союзов, договоров и стратегической зависимости от США.
«Первое домино уже упало. В глубине системы Великобритания уже двигает фигуры», — утверждает предсказатель.
База Диего-Гарсия — первая цель?
Британская база на острове Диего-Гарсия, технически находящаяся под управлением Лондона, но действующая в тесной связке с американскими силами, уже используется для эвакуации дипломатов, транспортировки вооружений и электронного наблюдения. По словам Саломе, в случае эскалации именно эта база может стать первой мишенью для атаки.
«Если Иран или его союзники нанесут удар по этой базе, Британия будет обязана ответить. Даже если не захочет — она будет вынуждена», — предрекает он.
Ормузский пролив — второй фронт
Иран может попытаться блокировать Ормузский пролив, стратегически важный маршрут, через который проходит около 25% мировой нефти. Угрозы уже были. Саломе утверждает, что британский Королевский флот уже получил секретный приказ участвовать в операции «Щит Ормуза», скрытной миссии по обеспечению прохода танкеров.
«Это будет не просто гуманитарная миссия, как скажет пресс-служба. Это будут прямые боевые столкновения — с дронами, торпедами, подводными минами. Это будет техническая война, но очень даже настоящая», — предупреждает он.
Кибервойна — третье поле битвы
Самым тревожным прорицатель считает возможность цифровой войны. Саломе говорит, что внутри НАТО уже обсуждается, можно ли применить статью 5 — коллективную защиту — в случае массированных кибератак Ирана.
«Если Тегеран ударит по объектам в Европе, например, по базе Рамштайн в Германии, Британия будет обязана включиться. Даже если удар не будет физическим — он может быть цифровым, и последствия будут разрушительными».
По его мнению, новый театр войны развернётся не с танками, а с вирусами, брандмауэрами и алгоритмами. И Британия, хочешь не хочешь, станет его актёром.
Иногда кажется, что Лондон вовсе и не против воевать. Британский премьер-министр Кейр Стармер уже проводит экстренные консультации с Дональдом Трампом. Несмотря на призывы к деэскалации, в официальном заявлении Лондона не прозвучало ни слова о мире, а только — о недопущении создания ядерного оружия Ираном.
Трамп, в свою очередь, опубликовал пост с откровенным намёком на смену режима в Тегеране, написав: «Возможно, пришло время снова сделать Иран великим».
Эта риторика тревожит Саломе. По его словам, за подобными словами стоят не попытки остановить войну, а попытки удержаться у власти, сохранить политическое влияние и отвлечь внимание от внутренних проблем.
«Трамп играет с элементами собственного эго. Это не стратегия мира, это стратегия самосохранения», — заключает Нострадамус из Бразилии.
Атос Саломе настаивает, что мы находимся на грани тихого, но глобального ядерного кризиса.