Половина студентов в России уверены, что родители обязаны устроить их на работу
Прошли те времена, когда в Америке птенцы вылетали из родительского гнезда прямо в студенческий кампус, не успевая опереться в 17-19 лет.
Отныне 77% американцев ходят с мамой/папой за ручку даже на первое рабочее собеседование.
Кроме того, 90% представителей поколения зуммеров попросили родителей помочь им найти работу, на которую они могли бы подать резюме.
Теперь и у них там в цене традиционные семейные ценности, как бы мы это не отрицали. В Нью-Йорк Пост опубликовали любопытное исследование о том, как изменилось представление зуммеров о работе и какой та должна быть, коснувшись даже того момента, что работать работу должны помогать родители. В опросе приняли участие 831 человек.
А как с этим обстоят дела у нас, если учесть, что свободных мест на рынке труда в России более, чем достаточно?
Не по любви, а по блату
Как оказалось, в России похожее исследование проводилось в 2020 году. Пять лет назад половина студентов ответила, что родители не должны вмешиваться в их карьеры (почти половина (45%) посчитали, что мамы с папой им обязаны, а остальные не определились). При этом в начале трудового пути родители все же могли внести свой посильный вклад: например, поспрашивать по знакомым, нет завалялась ли где лишняя вакансия.
Основные моменты западного анализа: 77% привели своих родителей на первое собеседование; у 53% родителей была возможность поговорить с менеджером по найму от их имени; 45% родители регулярно разговаривают с нынешним менеджером своего ребёнка; 73% родители помогают тому выполнять рабочие задания.
Стоит взглянуть на цифры процентов становится понятно в каком ключе и насколько масштабная помощь идёт от родителей детям. Почему так происходит? Взрослые не доверяют отпрыскам в поисках работы, в том, что те умны и талантливы, или здесь имеет место излишняя гиперопека?
Кстати, многим и в России кажется вполне разумным написать за детей сопроводительные письма или полные резюме, а также подыскать вакансию «по блату», из тех, кого не выкладывают в свободный доступ.
«Я закончила вуз по той же специальности, что и моя мама — юрист. Естественно, что когда я получала диплом, мама уже всех обзвонила в поисках места для меня, — рассказывает 26-летняя Евгения. — Я не считаю это чем-то плохим или неправильным. На рынке труда перебор с кадрами, но все хотят проверенных и опытных специалистов, так почему бы не взять своего человека?»
Девушка признается, что не хотела бы особенных трудностей в самом начале жизненного пути. В мире их и без того хватит. А уж если есть такая возможность, как получить хорошую должность при помощи родительницы, то почему бы ей не воспользоваться?
«Говоря о родительской помощи в устройстве карьеры, важно иметь в виду чёткие ориентиры в том как именно эта помощь может быть реализована и на какие принципы опирается. Родители могут иметь диаметрально противоположные ценности в вопросе поддержки детей. С одной стороны это может быть ценность непосредственной поддержки подрастающего поколения, опеки оного. А с другой стороны может реализовываться ценность получения опыта детьми и их самореализации. Вплоть до полного невмешательства родителей в жизнь повзрослевших детей», — считает психолог созависимого поведения Антон Кузьминых.
Только все сам
В России как всегда действуют исключительно крайние позиции. Или «сыночка на хребте у мамы до 40-45 лет» или в 17 лет мыть посуду в ресторане и спать тут же на диванчике.
«Сын закончил школу, в вуз не поступил. Жестко отключил его от финансирования», — говорит 43-летний Сергей. Мужчина признается, что не стал бы помогать собственному ребёнку в поисках работы даже если бы молодой человек его об этом попросил. «Сам. Только все сам».
«Возможно потому, что он от первого брака у меня, с которым меня практически ничего уже не связывает. Но все равно считаю, что так должен повести себя каждый родитель, если хочет хорошего для своего ребёнка», — уверен мой собеседник.
При этом он колеблется, поступил бы также сурово, если бы речь шла о дочери. Когда я спросила, общаются ли они с сыном, Сергей сказал, что практически нет. «Дело не в работе, хотя и в ней тоже. Наверное, если бы мне хотелось видеться с ним каждый день, то я бы и повел себя иначе», — объясняет он.
Родительское поколение тоже свободно в своем выборе. Оно может как в полной мере использовать собственные связи для поиска рабочего места своему отпрыску, так и вообще не влезать в эти вопросы, предоставив решать все самому чаду.
«Можно вкладываться в развитие личных навыков и компетенций своих детей, а можно передавать полноту ответственности за реализацию карьеры в руки самому подрастающего поколения», — считает психолог.
Конечно, главной формой помощи детям со стороны родителей является их участие в получении образования в виде финансовой поддержки. Начиная с оплаты каких-либо курсов, высшего образования, повышение квалификации до банальной оплаты аренды жилья в удобном месте. Значимым может быть даже обеспечение уровня жизни вне зависимости от выбора первого места для трудоустройства ребенком.
«Для снижения зависимости от выбора между сравнительно высокой оплаты труда без перспектив роста, или возможности попробовать себя в месте с низкой стартовой зарплатой, но хорошими карьерными перспективами», — говорит Антон Кузьминых.
Крайне важна и нематериальная поддержка родителей. Своевременная профориентация может сэкономить ребёнку огромный ресурс времени и сил.
«По сути, даже доброе слово является информационной и эмоциональной поддержкой, которая совершенно не лишняя в стрессовой ситуации поиска работы», — подчеркивает психолог.
Помощью же со знаком минус может быть моральное давление родителей на детей, навязывание собственных решений, и ограничения возможности выбора подрастающим поколением. Как, впрочем, и любые другие формы деструктивных отношений в семье. «77% зумеров, которые ходят на собеседование с родителями, это, конечно, пример негативных отношений и деструктивной поддержки», — считает специалист.
Играют в роли
Тем не менее на пороге 1 сентября. Чьи-то дети только идут в школу. А у кого-то они окончательно определяются, где работать и как. И родители тоже сделают свой выбор, в какой степени они готовы помогать им в дальнейшем жизненном пути. Существуют даже роли, которые могут примерить мамы и папы при общении со взрослыми детьми на тему их первой работы.
«Инвестор» — роль, в которой родитель всемерно вкладывается в создание наилучших перспектив своих отпрысков. Деньгами, связями, опытом… Вполне возможно, что причиной этого может быть надежда, что однажды все вернется сторицей. Но, как известно, стакана воды может и не захотеться.
«Наставник» — представители старшего поколения обрисовывают в сознании ребёнка его собственный путь, оставляя ответственность за выбор в руках его самого. Наиболее демократичное взаимодействие между старшими и младшими поколениями одной семьи, однако, тут нужно учесть взрослость в суждениях и оценках самого молодого человека Можно ли его просто так отпустить в свободное плавание?
«Контролер» — говорит, как и что надо делать, при этом с помощью материального и психологического давления удерживает ребёнка в рамках определённого карьерного пути. Увы, в один прекрасный момент ребёнок может сорваться с крючка и заявить, что он пошел вразнос и дальше все будет делать самостоятельно.
«Наблюдатель» — сохраняет минимальный уровень вмешательства происходящее в жизни ребёнка. При дружеских отношениях между родителями и детьми не самый плохой вариант, кстати.
На практике, идти или нет на первое собеседование со своим ребенком, каждый выбирает сам по себе. У нас в России это, конечно, не принято, но если сын или дочь вас сами об этом попросили, то почему бы и нет?