Сотрудники оскандалившегося рехаба в Дедовске опровергли исчезновение руководителя
В Московской области и Екатеринбурге продолжается вокруг сети реабилитационных центров для подростков. После госпитализации 16-летнего пациента из дедовского рехаба с множественными травмами и отказом почек следователи возбудили уголовное дело и задержали администратора центра, 29-летнего Виталия и 18-летнюю помощницу Милану. Парня арестовали, девушку отправили под домашний арест. Сегодня же, как сообщила старший помощник руководителя ГСУ СКР по Московской области Ольга Врадий, задержана организатор учреждения.
Коллега Виталия из екатеринбургского отделения сети, консультант и аддиктолог Елена Давыдова, утверждает, что его оговаривают.
— Виталий — добрый, отзывчивый и эмпатичный человек, — начала Едена. — То, что сейчас на него выливается в СМИ, по сути, оговор и клевета. Он приехал в реабилитационный центр в Дедовске вместо уволенной сотрудницы. Отработал всего три смены. На момент его приезда парень, который потом оказался в реанимации, уже находился в плохом состоянии. И именно Виталий забил тревогу, вызвал «скорую». Есть переписки, которые это подтверждают. Естественно, я не могу их выкладывать. Мы будем добиваться, чтобы их приложили к делу. Сейчас все его подопечные из Екатеринбурга и их родители готовы бороться за его свободу и репутацию.
— В СМИ пишут, что Виталий раньше сам лежал в рехабе Хоботовой.
— Он никогда не лежал у Анны Хоботовой в центре. Он работал там и помогал. Есть много тех, кто это подтверждает. Его учителя в том числе готовы и уже дали в суд характеристики, что это светлый человек, который любит свою работу.
— Может он в другом рехабе проходил реабилитацию. Писали, что попал туда из-за агрессивного поведения. Может, его тоже там били в своё время?
— Меня удивляет, как переворачивают информацию и ставят клеймо в нашем обществе. Могу сказать, что огромное количество людей, которые прошли через проблему зависимости и реабилитации, выбрались из этого, выросли духовно и личностно. Многие работают в государственных структурах, в наркологиях. Есть среди них известные психологи. Нет, Виталия не били «в своё время», и он не озлоблен на весь мир, как его хотят представить в СМИ.
— У него была какая-то ещё работа помимо рехаба?
— Нет, он всего себя посвящал этой работе. Он её любил и развивался в сфере психологии зависимости, учился.
— То есть вы утверждаете, что людей в рехабе он не избивал?
— Нет, он не бил людей, тем более детей. Повторюсь, сейчас большое количество его выпускников вместе с родителями готовы выступить и бороться за его честное имя. И то, что ему пытаются приписать в Москве — голословные нападки.
— Виталий давно переехал в Москву из Екатеринбурга?
— В Москву он приехал недавно. Есть билеты, которые это подтверждают, и свидетели, готовые это подтвердить.
— Вы удивились, когда узнали о случившемся?
— Я удивилась тому, как действовали сотрудники полиции. Ведь я постоянно находилась на связи в тот день и с Виталием, и ещё с одной девочкой. И знаю, что сотрудники полиции много часов держали детей в доме, не пускали адвоката. Не удивлюсь, что оказывали давление на детей. И меня очень удивляет, как у нас быстро ловят якобы опасных преступников, готовы, не разбираясь, посадить и облить грязью того, кто им попался.
— Тем не менее, методы лечения, про которые рассказывали подростки, выглядят странно.
— Такие методы, которые описывают журналисты, не применялись в центре. И тому есть куча примеров детей, которые выпустились и сейчас возмущены всем происходящим.
— Вы сами работаете в центре Хоботовой в Екатеринбурге?
— Да, работаю. Мои подопечные из Екатеринбурга все готовы бороться за центр и за Виталия.
— Меня удивило, что родители вообще отдают детей в рехаб из-за зависимости от телефона или плохого поведения и при этом не в курсе, что там происходит. Не проще ли проработать проблемы самим?
— Для родителей мы всегда максимально открыты. К сожалению, с проблемой зависимости государство помогает плохо. Да, есть госцентры, но это учёт, клеймо, и их очень мало. Если бы всем помогало просто несколько раз сходить к психологу, не было бы потребности в частных центрах. К сожалению, это не всегда помогает. И если бы у вас стоял выбор, да, пусть обманом поместить ребёнка в рехаб, но дать шанс ему не умереть, или смотреть, как ребёнок погибает от употребления, что бы вы выбрали?
— Разве можно перевоспитать подростка, заставляя его тысячи раз писать одни и те же фразы?
— Письменные работы применяются везде. Я лично стараюсь давать ребятам больше лекционного материала. Это система поощрений и последствий. Дома родители бывает и ремнём отходят за какие-то нарушения. Мы таких методов не применяем, но последствия должны быть, чтобы имелось понимание: есть правила и есть последствия за их нарушение. В социуме, например, за кражу посадят, а у нас пишут тексты. Да, им совершенно не в кайф это делать, но это вырабатывает причинно-следственную связь. И они не только тексты пишут, есть и сочинения, стихи, сценки…
— Десятки детей сейчас рассказывают об издевательствах. Не могут же они врать так дружно?
— Всегда бывает 2-3 недовольных, что им приходится соблюдать элементарную дисциплину. И дети эти все сложные. Если есть возможность наговорить что-то себе на пользу, чтобы родители не отправили его ещё куда-то, чтобы вызвать в родителях чувство вины и жалости — они этим пользуются. Вот оттуда и показания. Те дети, которые давно и хорошо знают Виталия, готовы бороться за него, потому что знают, какой он на самом деле. Тут нужно добиваться очных ставок с детьми, которых якобы били, независимых экспертиз и так далее.
— Но есть факт — подросток оказался в реанимации, вероятно, после избиения.
— То, что подросток оказался в реанимации, — это халатность сотрудниц. Насколько я знаю, парень перестал вставать, есть, ходил под себя, его дети относили мыться. Сотрудница, которая раньше работала, утверждает, что передавала сведения маме, но я не уверена в её словах. У парня начали появляться пролежни, какие-то ещё проблемы — я не медик, не знаю. И после того, как эта сотрудница ушла, на смену в помощь приехал Виталий. Именно он забил тревогу и вызвал "скорую". Неизвестно, что было бы, если бы он не приехал. Это ЧП, но это не избиения, а сильнейшая халатность и безответственность сотрудниц! Но никак не Виталия, который изначально в этом доме не работал.
— Руководитель рехабов Хоботова сбежала. Зачем ей скрываться, если всё не так, как представлено детьми?
— Анна Павловна не сбежала. Она сейчас занимается вопросами, чтобы решить эту ситуацию, вернуть репутацию центра и Виталия. Я вот с вами разговариваю, и мне скрывать нечего. И родители моих подопечных, кто знает меня, знает Виталия, в курсе, что мы сейчас пытаемся восстановить его имя, снять с него обвинения, восстановить репутацию центра, хотя бы екатеринбургского. Честно говоря, когда к нам пришла проверка, я думала, что родители приедут и растерзают сотрудников полиции, потому что я сразу сообщила: у нас проверка, возможно, будут закрывать в связи с ситуацией в Москве.
По всей видимости, задержанная организатор учреждения, о которой сообщил СК, и есть Анна Хоботова. Так что у истории явно будет продолжение.