Иллюстрация: Блокнот
Украинские и западные СМИ с нарастающим страхом ждут российского удара на Чернигов. Между тем его вероятность, возможно, даже ниже 50%. Тем не менее, даже чисто теоретическая угроза выматывает нервы украинского командования.
Впервые об открытии Черниговского фронта как о чем-то близком заговорили 2 декабря после совещания, проведенного Владимиром Путиным в одном из пунктов управления Объединенной группировки войск, ведущей СВО.
Президент поручил серьезно отнестись к грядущей зимней кампании. Кроме того, не называя ни Черниговскую, ни другие конкретные области, он поставил перед военными группировки «Север» задачу: создать зону безопасности вдоль государственной границы.
Как ни крути, без Черниговщины для выполнения этой задачи не обойтись – ее граница с Брянской областью России тянется более чем на 300 километров.
Тем не менее, конкретных сроков возможного наступления (на сам Чернигов, кстати, можно пойти и с территории Белоруссии) нет. Да и вообще его планы могут так и остаться лежать в папке «Нереализованное».
Однако украинские эксперты и военные уже заявляют, что на Брянщине выявлена концентрация четырех-пяти бригад ВС РФ – это несколько десятков тысяч бойцов. Так что Чернигов вот-вот может стать новым полем битвы.
Военкор Александр Коц полагает: вряд ли Черниговский фронт откроется в ближайшие дни, однако слухи о нем уже косвенно бьют по ВСУ, вынуждая снимать резервы с основного фронта для противодействия гипотетическому движению российской армии из Брянской области и/или Белоруссии:
«Пойдем мы на Чернигов или нет, сейчас не так важно. Важно то, что Киев не может не реагировать даже на гипотетическую угрозу. Он вынужден отвлекать часть своих поиздержавшихся средств для того, чтобы усилить потенциально опасный участок.
Это те самые оперативные шахматы, на которых идет битва резервов. И мы еще шире растягиваем силы Сырского в самый драматичный для него момент — как с военной точки зрения, так и с политической».
По мнению Коца, помимо растягивания сил и средств ВСУ нависающая над Черниговщиной угроза призвана также демонстрировать киевскому режиму: «Не хотите возвращать четыре области, придется отдавать больше».