Родители Бурятии возмутились вопросами о наркотиках в школьных опросах
Родители школ Бурятии возмущены: их детей 11-13 лет попросили заполнить опросник с весьма странными, как им показалось, вопросами для этого возраста. Детям предлагают признаться в употреблении алкоголя, курении, тестировании наркотиков и прочих нехороших склонностях. Мамы и папы считают, что задача явно не по возрасту. Но в управлении образования настаивают, что склонность к девиантному поведению лучше выявить на ранних стадиях. «МК» попросил известного психолога прокомментировать очередную школьную инициативу.
В распоряжении «МК» оказался спорный опросник для школьников среднего возраста. Вопросы убористыми строчками размещены на двух оборотах листа А4. Если в 5-м классе учатся школьники 11 лет, то для их возраста характер тестирования весьма откровенный. Пятиклассники еще даже не вошли в возраст пубертата (полового созревания) и относятся физиологами к предпубертату. Формально эти дети, даже еще не подростки. И о наркотиках, алкоголе и сложных чувствах, к которым обращены вопросы даже не склонны. Вот например, вопросы про дурные привычки сформулированы так: «я курю», «я нюхал клей, растворители, пробовал наркотики, курительные смеси», «я употребляю пиво и другие спиртные напитки». Принимаются ответы «да» или «нет».
Под сурдинку ребятам предлагается сдать родителей и окружение. Разоблачающих вопросов несколько: «мои родители пьют», «мои друзьям пьют, курят», «у меня есть судимые родственники». И все они тоже «закрытые», то есть не подразумевают развернутый ответ.
В опроснике оценивается знакомство и употребление обсценной лексики (вопрос: «бывает, мне хочется выражаться грубыми нецензурными словами»). Если ребенок знаком с подобной речью, то наверняка захочет побравировать. А если не знаком, то даже не поймет, о чем его спрашивают.
Вопросы на глубокий самоанализ звучат так: «бывает спорю и ссорюсь с родителями», «я не хочу учиться и работать», «я могу взять чужое, если мне надо или очень хочется», «у меня бывают сильные желания, которые обязательно надо исполнить», «среди моих знакомых есть люди, которые мне не нравятся». Попробуйте провести эксперимент и задать себе такие вопросы. Каждый взрослый знает, что в этих случаях нужно отвечать не честно, а правильно. Но если задуматься и углубиться в себя, то каждый временами не хотел работать и учиться. В 12-14 лет мечтал свалить из дома на северный полюс, ссорился с родителями и мысленно взрывал школу и придумывал козни для задевших его людей. И ведь детская фантазия такая богатая! Но ведь ни один здоровый школьник не собирается это делать на самом деле. А нездоровый — не признается никогда.
А вот если честный ученик решит правильно и откровенно отвечать на вопросы и после самокопания напишет положительный ответ, то какие выводы про него сделают где-то там наверху? Ведь сейчас даже постановка на внутришкольный учет отражается в личном деле.
Так может быть такая хорошая идея, как выявление зачатков девиантного поведения на ранних стадиях, разобьется о слишком прямолинейное анкетирование? И создаст проблемы на ровном месте для благополучных и честных детей?
«МК» попросил психолога Ирину Каленову прокомментировать опросники в школах. Ведь не только школы Бурятии применяют такой опыт.
Ирина Константиновна начинала свою трудовую биографию еще при Советском Союзе. Долгое время она проработала в психологической службе при прокуратуре. Ее отдел занимался предупреждением детских и подростковых преступлений. Используя свой большой опыт о девиантном поведении школьников, психолог согласилась проанализировать некоторые из приведенных вопросов анкеты.
— Такие опросы абсолютно бесполезны. Вот лично я почти на все вопросы ответила бы «да». Простите, но неужели никто из нас не переходил улицу на красный свет или не ездил без билета в трамвае? Вопрос о курении или употреблении наркотиков тоже ничего не даст. Умный ребенок просто соврет. Положительные ответы на вопросы о крамольных желаниях тоже ничего не дадут. Я тоже в детстве мечтала взорвать школы. Но от мечты до ее воплощения очень большой пусть. Мало ли какие мысли приходят в голову приходят.
Если целью анкетирования было выловить психиатрию, то тоже не получится. И острый конфликт при этих вопросах они не выловят.
Помню, во времена школьных банд мы проводили анкетирования в классах. Но мы задавали хитрые вопросы. Например, «если что, вы знаете, где купить наркотики?» Если в школе один человек знал, то это куда ни шло. А если половина знала, то значит, в школе ходят наркотики.
Что касается девиантного поведения, то его могут выявить только личные беседы с психологом. И то, только к 10-ой сессии можно понять, что с ребенком что-то не то. И это не будет стопроцентное утверждение. Никто не может сказать точно, совершит ли ребенок насилие или нет, сделает ли он последний шаг. Выявляется только склонность. Советы из разряда «обратите внимание».
А если подросток мелко хулиганит, то это только говорит в его пользу. Он нарушает границы дозволенного, действует спонтанно. Это говорит о том, что во взрослой жизни он станет успешным человеком.