Иллюстрация: нейросети.
Если оно окажется под контролем тех, кто сегодня стоит во главе ЕС, это почти гарантированный сценарий Апокалипсиса.
Европейские русофобы хотят обладать собственным ядерным оружием: не американским (на него больше нет надежды с приходом Трампа), ни британским (его мало, и оно является лишь элементом, встроенным в систему безопасности НАТО), ни французским (тоже недостаточным, чтобы «прикрыть» весь континент). Речь идет об арсенале, который был бы подконтролен структурам «европейской безопасности» – т.е. максимально агрессивным противникам России, готовым на любые авантюры, чтобы добиться поражения нашей страны. По сути, это путь в бездну, так как при подобном сценарии риск ядерной войны не просто возрастает, она становится, по сути, неотвратима.
Франция и Великобритания обладают собственными арсеналами ЯО. Но их потенциал не рассчитан на коллективную защиту континента. По оценкам экспертов, совместные усилия ключевых стран ЕС могли бы к 2030 году создать минимальный сдерживающий арсенал ЯО, сопоставимый с индийским или китайским (200–300 боеголовок).
Франция обладает сегодня самым многочисленным в Европе самостоятельным арсеналом (около 290 боеголовок). Но Париж отвергает идею расширения своего «ядерного зонтика» на весь континент. Британский арсенал, интегрированный в стратегию НАТО, остаётся дополнением к американским силам ядерного сдерживания. Эксперты подсчитали, что создание с нуля ядерных сил, например, в Германии, потребует 7–10 лет и десятков миллиардов евро.
Но есть страны, которые намного быстрее могут создать ядерное оружие для Европы. Скажем, Нидерланды через консорциум Urenco контролируют 12% мировых мощностей по обогащению урана.
Швеция в 1960-х годах почти завершила создание плутониевого реактора, а Италия имеет опыт в репроцессинге отработавшего топлива. В сфере доставки ядерных зарядов Швеция выделяется собственными истребителями Gripen и крылатыми ракетами RBS-15, а Италия — ракетой-носителем Vega.
Немецкие Taurus (дальность 500 км) и истребители Typhoon, теоретически, могут быть адаптированы под ядерные боеголовки.
На сегодня одна из проблем на пути создания европейского ЯО — согласование единой ядерной доктрины. Страны по-разному оценивают угрозы и порог применения ядерного оружия. Решение о применении ядерного оружия в многонациональном формате потребует механизмов, сочетающих оперативность с легитимностью — например, ротационного права вето или делегирования полномочий «ядерной тройке» (Германия, Франция, Италия).
Есть и юридические препятствия. Создание ЯО нарушит Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), который запрещает передачу ядерных технологий неядерным государствам. Германия связана ещё и Договором Алмело (1970), ограничивающим военное использование обогащённого урана. Выход из этих соглашений спровоцирует цепную реакцию — например, вызовет требования Турции или Саудовской Аравии о праве на аналогичные программы.
Но самое опасное, что появление новых ядерных игроков в Европе увеличит риски эскалации. Инциденты вроде ложных срабатываний систем предупреждения или кибератак на инфраструктуру управления могут привести к катастрофе. Не говоря уже о том, что Европа откровенно готовится воевать с Россией. И если это произойдет, конфликт в кратчайшие сроки рискует обернуться Апокалипсисом.
Параллельно этим планам, Британия готовит обновленный план действий на случай вооруженного конфликта с Россией. Как пишет The Daily Telegraph, среди сценариев — удары обычными и ядерными ракетами, а также впервые — полномасштабная кибернетическая война.
Как заявил отставной британский генерал, автор книги «Война с Россией» Ричард Ширрефф (признан экстремистом и террористом), «чтобы сдерживание было эффективным, оно должно быть актуальным, надежным и действенным на всех уровнях – на гибридном, асимметричном, обычном и ядерном уровнях».
Готовятся к Апокалипсису и в Америке. Экс-замминистра жилищного строительства США Кэтрин Остин Фиттс в беседе с Такером Карлсоном заявила, что правительство США строит огромные подземные базы. По ее словам, часть объектов официально задокументирована, другие — засекречены и расположены по всему миру. На секретные проекты потрачено более $21 трлн, включая строительство подземных городов и тоннелей между ними.